Она должна скоро прийти, чтобы позаниматься со мной. Правда, с недавних пор мы поменялись ролями: теперь я подтягиваю её по математике. Ещё один странный пунктик в её жизненных планах: получить высшие баллы по всем предметам несмотря на то, что математика ей по факту не пригодится. Она хочет стать учителем иностранного языка или переводчиком.
Поднявшись на второй этаж, практически нос к носу сталкиваюсь с хмурым отцом. Он стоит возле моей двери, скрестив руки, в одной из которых держит знакомый свёрток. Чёрт… Как он его нашёл? И почему он так рано вернулся с работы?
— Поговорим? — Мы оба знаем, что такая постановка вопроса не подразумевает отказа.
Вздыхаю и, молча мотнув головой в сторону своей комнаты, приглашаю его войти. Он заходит вслед за мной и терпеливо ждёт, пока я складываю пакеты в шкаф. Обернувшись, вижу, как папа сосредоточенно рассматривает стену с моими грамотами и дипломами за участие во всевозможных проектах, благодаря которым я и оказался в элитной школе «Монтгомери». Тот свёрток уже лежит на моём столе.
Встаю рядом с отцом, не зная, с чего начать. Я впервые задумался о том, что боюсь его подвести и не оправдать ожиданий.
— Пап, прозвучит банально, но это не то, что ты думаешь.
— Откуда ты знаешь, о чём я думаю?
— Это не мой пистолет, — сразу отвечаю, чтобы не ходить вокруг да около.
— И чей же? — Не меняя положения, он поворачивает ко мне голову.
Я уже догнал отца по росту, поэтому сейчас у меня нет такого чувства, будто он давит на меня или считает нужным показать мою никчёмность.
Наоборот, меня удивляет спокойствие в его взгляде и что-то ещё… Доброжелательность? Доверие?
— Помнишь моё подпорченное лицо несколько недель назад?
Он кивает, слегка сводя брови к переносице.
— Я вам соврал. Это не было неудачным спаррингом. В тот вечер мне порезали шины, и я пошёл домой пешком. В аллее недалеко от парковки меня уже поджидала шайка. Не знаю, что они хотели, но приставленный к виску пистолет вряд ли кого-то настроит на романтический лад, — нервно ухмыляюсь, вспоминая тот день.
— И ты отобрал его?
— Не совсем. Я выбил его из руки того, кто меня держал, а потом стал отбиваться. Как видишь, удачно. Жив-здоров. Правда, эти ублюдки успели вычистить мои карманы.
— А пистолет зачем подобрал? Надо было звонить в полицию, Брайан!
— На нём мои отпечатки.
— И?
— Они украли мой телефон! Не с чего было звонить, — начинаю злиться, потому что не хочу втягивать отца в эти тёмные дела. — Но, даже если бы мог, я всё равно не позвонил бы.
