В последнее время меня кроет от одной только мысли о том, чтобы подчинить себе эту неуправляемую козу."
"Как только запираю дверь изнутри, этой же рукой сжимаю её шею сзади, но она будто не замечает боли, которую я намеренно хочу причинить хотя бы так, в облегчённой версии. Её размалёванный рот приоткрывается, а глаза слегка округляются в ожидании своей участи. Наш зрительный контакт похож на отчаянный поединок, в котором по определению не может быть победителей. Я вижу то, что не хочу видеть: то, в чём я когда-то растворился без остатка.
Отвожу взгляд первым и веду его вниз к груди, вздымающейся от порывистого дыхания. На ней рубашка, застёгнутая всего на пару пуговиц. Её затвердевшие соски выпирают через тонкую ткань, привлекая к себе всё моё внимание. Кассандра пахнет, как самый страшный смертный грех: сладко и так маняще, что мне начинает кружить голову от похоти, без разрешения просочившейся в мою кровь. Она усугубляет наше положение, незаметно уложив свои ладошки на мою поясницу, чтобы ещё ближе привлечь к себе.
— Убей меня, Брайан. Прошу тебя. Умоляю, — шепчет, приближая свои губы к моему лицу. Она снова делает это со мной: сводит с ума.
Молчу, стиснув зубы, пытаясь уберечь ту злость, которая помогала мне справляться с её присутствием рядом. Мне никогда не составляло труда спустить курок, если того требовали обстоятельства, но смог бы я сделать это сейчас?
Кого я пытаюсь обмануть…
— Убью, раз просишь, — угрожаю в ответ, медленно поднимая пистолет выше.
Провожу им вдоль пуговиц, которые под нажимом начинают проваливаться в отверстия.
Ткань рубашки держится уже на честном слове, давая воображению разыграться настолько, что я уже и сам не осознаю, что творю. Наша стычка меня чертовски возбудила, хотя мы обменялись едва ли десятком слов. Жгучее желание начинает вытеснять остатки разума, заставляя думать только об одном: мне жизненно важно освободиться от этой тяжести.
Ничего же страшного, если сейчас этим освобождением станет именно она? Всего разок…
Когда дуло достигает её шеи, она лишь выше приподнимает подбородок.
Храбрится, но я физически ощущаю её внутренний трепет. Куда же ты сунулась, малышка?
— Не боишься? — хриплю намеренно грубо, давая ей последний шанс избежать того, что произойдёт дальше.
— Нет, — уверяет меня, слегка мотнув головой.
В глубине души я ждал этого ответа. Хотел до одури. Резко вытягиваю руку за спину Кассандры и, не глядя, стреляю в камеру, направленную прямо на нас.
