- Это хорошо, - похвалила себя, но вдруг вскинулась. - Только, если подумать, по повела я себя как дура. Глотнула винишка, спьяну напугала каззла до мокрых порток, а о том, где, когда и как буду его ловить, не подумала. Ведь хотела же поступить по–другому. И на тебе, не удержалась.
Сеанс самобичевания прервала неожиданно вернувшаяся Иви.
- Успокоительный отвар, леди Элен, – не дожидаясь вопросов, напомнила она, подавая теплое медвяное питье. - Целитель Оуэн велели...
- Я помню, – не дослушала та, но от отвара не отказалась.
Успокоительное было очень кстати.
- А теперь отдыхайте, - убедившись, что лекарство выпито, Иви заботливо укрыла госпожу мягким пледом, - и дай Всевышний вам всяческого счастья.
""Пожалуй, я несправедлива к девушке, - закрыв глаза, подумала Элен. - Вместо того чтобы фыркать и капризничать словно малолетка, стоит заняться с ней. Наверное, на мое поведение действую буйные юные гормоны. Это, конечно, не оправдания дури, но хоть какое-то объяснение. "" Пообещав себе впредь быть осторожнее, она задремала.
Последней связной мыслью Элены Павловны было бессмертное: ""Надо меньше пить, "" - а потом она уснула, чтобы увидеть...
***
- Она точно что-то знает. Я это чувствую, – изящная блондинка, в которой Элен без удивления узнала кузину Марианну, металась по гардеробной.
- Это вряд ли, - лениво отвечал Ролан, который на самом деле каззел. - Моя невеста на редкость прямолинейна и честна. Ей и в головку не может прийти, что кто-то может поступать иначе чем герои рыцарских романов.
По мнению Элен все люди прекрасны и добры, по небу летают драконы, а единороги какают радугой.
- Фу, - скривилась Марианна. – Ты все же редкостный пошляк.
- За это ты меня и любишь, - философски заметил Иттенбрю. – Так вот, возвращаясь к Элен... Она - честнейшее и наивнейшее существо. Даже получив неоспоримые доказательства измены, она первым делом пришла бы ко мне, чтобы поговорить по душам.
- Все равно, - надула губки кузина. – Это очень волнительно. Ты же понимаешь, чем я рискую? Доброе имя - главное достояние девушки.
- Иди ко мне, и я тебя утешу, - раскрыл объятия Ролан. - Выпущу на свободу розовые бутончики любви. Правый и левый.
- Вот всегда ты так, – в притворном гневе топнула ножкой Марианна, но к каззлу подошла... а ?лена Павловна проснулась. И не просто так, а в полной уверенности, что надо скорее бежать в комнату белокурой разлучницы, вернее в ее гардеробную, потому что там как раз проветривают сисечки.
