— Ну то есть уже не совсем мы… ну в общем, ты не хочешь поехать на каникулы к нам в Годрикову Лощину?
— Хочу! — Немедленно отозвалась Санни. — Но не могу. Честно, я бы с радостью, но…
— Родители не отпустят? Так папа попросит, ему не откажут! Санни…
— Джим, не могу, и родители тут ни при чем.
Поттер уже собрался было возражать, но Санни снова провела пальцами по струнам:
— In the cold and dark DecemberAs I'm walking through the rainSit beside the room all night long,In the grey December morningI decided to leave my home…Took a train to nowhere — far away — far away…Ее тихий мечтательный голос снова ввел меня в транс.
Неимоверно хотелось спать, я против воли сползал в зыбкую благостную полудрему.
— Many thousand miles awayWhere the moon took to the starsDreamed about the daysDays gone by — days gone by…In the night the seawinds are callingAnd the city is far far awaySoon the sea turns to darknessIt is night and the seawinds are callingSeawinds call — seawinds call…Мне грезились Сид и Нэнси, уплывающие по зеленому морю к золотому закату в лодке под парусами из персикового шифона, а огромная летучая рыба парила над кормой и грустно вздыхала:
— Ten thousand miles awayWhere the moon took to the starsDreamed about the daysDays gone by…Мне грезилось — я чайка.
Закоченевший от бесконечного полета над ровной морской гладью, уставший от непрекращающейся борьбы со студеным ветром, промокший от мириадов соленых брызг, я уселся передохнуть на рею грот-мачты среди гудящих на ветру вантов. Парус хлопнул, окутывая меня персиковым шифоновым теплом…
— I've been told so many storiesAnd dreams my friends have madeSo it's no illusionsSail away sail away…* * *Как я пережил те каникулы? Сам не знаю…
В первый же день, проведенный дома, я сделал кошмарное открытие.
Мир изменился. Мой дом стал холодным вместилищем дорогих безделушек, а я в нем — чужим. Мои безукоризненные чистокровные родители превратились в механических кукол, существующих по заданному сценарию: дежурный поцелуй в щеку от матери, дежурный сухой кивок отца, дежурный семейный обед, дежурная конная прогулка по дежурному маршруту…"
"Я потрясенно бродил по дому, отказываясь принимать происходящее.
Мои любимые уголки поместья не казались больше уютными. Знакомые с детства лица, голоса, вещи… Все чужое, все ненастоящее, словно на картинке из глянцевого журнала. Все статично, выверено и безупречно красиво. Все неживое. В саду возникло ощущение, что даже розовые кусты колышутся по расписанию.
