А стоило вспомнить, как он пылал, вдвойне неуютно стало...
— Ты мне пообещала, Аида. Так что прекрати смотреть, как загнанная в угол добыча, — заметил моё состояние Алихан, расценив по-своему, притянув к себе. — Тебе здесь понравится, вот увидишь.
Подхватил на руки и понёс в дом, прямиком на третий этаж, в уже знакомую спальню, в кофейных оттенках. Там тоже особого простора к свободе действий не оставил, вернув мне вертикальное положение, развернул к себе спиной и ловко расправился с моим платьем. Едва ли секунды три прошло, как оно шлёпнулось на пол.
Следом за ворохом белоснежной ткани полетела его рубашка, брюки и даже то, что было под ними. На мне самой остались лишь кружевные шорты. Так себе прикрытие.
— Алихан…
О продолжении фразы я быстренько забыла, едва плеча коснулись его губы. Вопреки расторопности всех предыдущих действий, очень медленно и нежно.
Всего один поцелуй. Обманчиво невинный.
Моментально вспомнилось о консумации брака.
Меня снова подхватили на руки, унесли и уложили в постель, после чего всё также со спины прижали к полностью обнажённому мужскому телу.
— Спи, Аида.
Угу, уснёшь тут…
Уснула. И довольно скоро.
Глава 9
Аида
Утро началось… где-то в районе обеда. Спала, как убитая. Никаких снов. А проснулась одна. Сквозь задёрнутые портьеры пробивались солнечные лучики, комната хранила тишину, все окна были надёжно заперты, но душно не было, работал кондиционер.
— Доброго дня, госпожа Шахмаз, — усмехнулась самой себе, попутно представляя, что обо мне, помимо всего прочего, надумала хозяйка дома, учитывая то, что я ещё и засоня, оказывается.
Встречать со своими домыслами наяву — желание сомнительное. Но и проводить целый день взаперти, один на один со своими мыслями? Вчера — да, я нуждалась в чём-то подобном. Сегодня… я в ужасе от такой перспективы. Одиночество дышит истиной и порождает самоанализ. В тишине нет лжи. А вот во мне самой — полно. И стало ещё больше, после того, как я вернулась вместе с Алиханом на виллу.
Почему я сдалась так легко?
Где-то глубоко в душе, там, где существует бездонный колодец моих страхов и сомнений, обязательно есть ответ.
Но я спрятала его. Не смею даже думать, не то, что обозначать вслух. Я не могу позволить этим мыслям пробиться наружу. Не могу, и не делаю этого. Нацепив очередную маску лицемерного спокойствия и уверенности, я поднялась с постели, быстренько заправила ту, приняла горячий душ, привела себя в порядок, волосы собирать не стала, не просохли, учитывая, что фена не нашлось.
