Выдохнул с облегчением, когда она ушла…
Остатки шампанского я допил. Проследил за тем, чтобы все приглашённые гости покинули виллу. Только потом поднялся в свою спальню.
Комната в кофейных оттенках хранила тишину. Широкая постель — не тронута. Аида стояла у окна, наблюдая за происходящим снаружи. Кроме охраны, на улице никого не осталось, поэтому не знаю, что такого интересного она там разглядела. Моё появление девушка заметила не сразу. Вздрогнула и повернула голову, когда дверь за мной тихонько захлопнулась.
Ни слова не обронила, вернулась к созерцанию ночного пейзажа, нервно покручивая между пальцами снятые кольца.
Последнее — весьма паршивый признак…
Её багаж тоже был тут. Сумка стояла неподалёку от своей хозяйки, наполовину расстёгнутая, не разобранная.
— Не молчи, — попросил, шагнув к ней ближе.
Не смотрела в мою сторону, но, словно ощутив моё приближение, сдвинулась ближе к окну, подальше от меня.
Остановился.
Уж лучше бы ругалась и проклинала…
Вслух.
— Ты любишь её? — спросила внезапно.
Тут же тряхнула головой и поморщилась, словно пожалела об озвученном.
— Нет, — отозвался, опять шагнул к ней навстречу.
— Тогда зачем собирался жениться?
— Я уже говорил тебе, мне нужен наследник.
Кивнула. Молчала до тех пор, пока я не остановился совсем близко.
— Ты женился на мне, чтобы не жениться на ней? — вскинула голову, уставившись на меня с подозрением.
Интересно, что же там, в её голове сейчас происходит, что такие выводы образовываются?
— Нет.
— Но женился бы, если бы я не спутала все твои планы своим появлением, — уже не вопрос, констатация факта.
Не сказать, что она не права.
Вот и промолчал.
— А она? Любит тебя?
И столько заинтересованности проявилось в её глазах, что, познакомься бы мы при иных обстоятельств, счёл бы за ревность.
— Нет, — сперва сказал, потом обдумал снова, слишком уж ярко вспыхнула в памяти недавно сказанная фраза о разбитом сердце несостоявшейся невесты. — Не думаю. Элиф — не из тех, кто способен любить кого-то, кроме себя, — постарался быть максимально честным.
Аида снова кивнула. Развернулась ко мне всем корпусом. Пальцы, перебирающие кольца, сжались крепче, до побеления кончиков, замерли на металле.
— Если бы я знала, я бы ни за что не согласилась.
И тут она права…
— Я знаю. Потому и не сказал.
Звучало эгоистично.
Но такой уж я, какой есть…
— Так и подумала, — усмехнулась с горечью.
Отвернулась. Опять в окно уставилась.
