Хотя вряд ли это спасало от ощущения его пронзительного взора. И чего разглядывает постоянно?
Или же я становлюсь слишком мнительной.
— Хм...
Секунда прошла, а за моей спиной послышался звук расстёгиваемой молнии, после чего упомянутая мной сумка самым бессовестным образом подверглась тщательному досмотру, в результате которого в руках Алихана оказалась упаковка с таблетками. Её он также тщательно изучил. Он — изучал. Я — тихо фигела от демонстрации мужской наглости.
— Обладают сильным снотворным эффектом, — услышала я от него то, что и так знала.
— При приёме подобных препаратов быстро формируется зависимость, и через некоторое время происходит ухудшение сна, — добавил хмуро, банку с таблетками мне не вернул, окончательно себе присвоил. — Ты не будешь их принимать, — вынес вердиктом.
Степень моего офигевания лишь увеличилась.
— Они продаются по рецепту. И раз уж рецепт у меня есть, соответственно, имеются медицинские показания к необходимости их приёма, — выдвинула я встречным замечанием.
Вышло довольно враждебно.
Впрочем, собеседник мягкостью тоже не отличился.
— И часто ты их принимаешь? — вопросительно выгнул бровь Алихан.
«Не твоё дело», — чуть не слетело с губ.
Потом вспомнила, с кем разговариваю.
Сделала то, что у меня получалось лучше всего.
Промолчала. Об этом.
— Перелёт займёт около четырёх часов. Если я их не приму, то… — не договорила.
Меня всё также бессовестно перебили.
— То я уже нашёл способ, как с тобой справляться.
Я, как сидела с приоткрытым ртом, так и осталась, прожигая возмущённым взглядом никак не реагирующего на сей факт мужчину.
Хорошо, машина, которая должна была отвезти нас в аэропорт, в самом деле прибыла довольно скоро, и я переключилась на то, что ожидало дальше. Ну, как переключилась… Сидела, нервно кусала губы, снова и снова прокручивая в голове варианты возможного грядущего будущего, которое никак не обойти (это я про самолёт из Эр-Рияда), а заодно прикидывала гипотетические возможности, как бы сделать так, чтобы держаться от своего супруга максимально подальше, ведь он сам, похоже, ничего подобного делать не собирался.
И совершенно зря я на подобных мелочах сосредоточилась. Когда путь на полосу для чартера перегородило несколько внедорожников, а машина, в которой мы находились, резко затормозила без возможности двигаться дальше, я вспомнила о том, что в жизни бывают вещи куда хуже девчачьих страхов.
— Дочь посла! — послышалось снаружи до боли знакомое, требовательное и высокомерное от Амира.
