Кажется, мои мозги только сейчас начали усваивать и действительно воспринимать тот факт, что ради одной жизни я рискую другой. Не только своей.
Будь оно всё проклято…
Тест я подняла. Буквально ударила им в грудь мужчине, вынуждая забрать.
— Отойди, — произнесла сухо.
Не знаю, с какой стати, но мужчина подчинился. Отодвинулся с прохода, позволяя вернуться в салон. Там я уселась в ближайшее приглянувшееся кресло. Даже благоразумно потянулась к ремням, чтобы соединить и зафиксировать затвор. Именно в этот момент Амир вернулся.
Не увидела его появления. Не ощутила, насколько он близко. И то, что остановился позади. Сперва моё плечо кольнуло. А когда я вздрогнула, повернув голову, сосредоточившись на его ладони, которая воткнула в меня тонкий шприц, вводя какой-то прозрачный раствор, то было уже поздно реагировать. Ничего не оставалось, как наблюдать избавление от иглы и то, как крепко сжимают мои плечи его руки.
— Что это? — пробормотала едва ли достаточно громко.
Услышал.
— Я знаю, что ты боишься летать.
Не думай, что я наслаждаюсь твоими страданиями. Мне это вовсе не по душе, — обронил Амир, склонившись надо мной по левую сторону.
— И почему я тебе не верю? — хмыкнула в ответ.
Все былые мысли уносились куда-то прочь. Помимо наступающей тяжести и пустоты, едва ли я была способна ещё что-либо ощущать. Хотя тяжёлый взгляд араба, переместившегося из-за моей спины, я встретила очень даже ясно.
— Потому что тебе так легче воспринимать меня? — отозвался Амир, так и не переставая удерживать меня за плечи.
Устало вздохнула."
"— А может, наоборот? Ты сам так считаешь. Это тебе легче. Думать, что я всё равно вижу в тебе только плохое, что бы ты не сделал. Ведь так намного легче оправдывать всё, что ты делаешь со мной. Я же от тебя всё равно ничего хорошего не жду, — противопоставила встречно. — Или, может, я не права, и твой отец в самом деле отпустит моего отца, больше не причинит нам никакого вреда и всё простит, после того, как мой развод будет оформлен и ты женишься на мне, присвоив право распоряжения наследством? Только потому, что теперь я буду являться частью вашей семьи.
Ну же, скажи мне, Амир. Будет так? Всё будет хорошо? Или в твоей дурной голове сидит что-то ещё, какая-нибудь очередная грёбанная подстава, о которой я ещё не знаю, но узнаю в самое ближайшее время, когда будет поздно что-либо исправлять? Давай, расскажи мне, что мой отец, я и мой ребёнок останемся живы. Расскажи, что всё плохое позади. Не молчи, Амир.
