Слишком уж недоверчиво косился на меня аль-Алаби, пока я распечатывала стерильные салфетки и отвинчивала крышку дезинфицирующего раствора.
— И не смотри так на меня. Не то чтоб я сильно переживала о том, когда ты отправишься обратно к себе в ад, — съехидничала. — Но ты мне жизнь спас. Теперь мой черёд. И мы будем в расчете. Только и всего. Даже не мечтай записать меня в свою долговую, — пригрозила на все его косые изучающие взгляды.
На этот раз сказанным араб проникся довольно быстро. Хотя продолжал тщательно следить за мной, пока снимал с себя рубашку.
— Всю — вовсе не обязательно! — остановила я на определённом моменте.
На его губах мелькнула лукавая усмешка. Но и на этот раз послушался. Раздеваться прекратил. И даже сидел вполне смирно, пока я осматривала повреждённый мужской бок, а затем щедро полила рану раствором. Не поморщился ни разу даже.
Зато...
— А чего охранником не занялась? — задумчиво прокомментировал мои действия Амир.
Обречённо вздохнула."
"— У Альпа рана слишком глубокая.
И торчащую из него хреновину сперва надо вытащить. Но если это сделать здесь и сейчас, то есть риск, что он истечёт кровью быстрее, чем его зашьют. Также не исключён риск внутреннего кровотечения. К тому же, я не хирург. Едва ли шесть швов за всю свою жизнь накладывала. Да и всего лишь небольшие курсы по оказанию медицинской помощи проходила, мало в этом понимаю. Если вместо того, чтобы помочь, ещё хуже сделаю? У тебя вот пуля навылет прошла, слегка лишь задела, здесь в самом деле ничего жуткого, просто пресечь возможность заражения и остановить кровотечение нужно.
Зашить, тоже было бы неплохо в самое ближайшее время… — замолчала.
Просто потому, что пришлось сделать над собой некоторое усилие. К горлу подкатила тошнота. Не сразу, но с приступом я справилась. И зачем-то к предыдущей теме разговора вернулась.
Слишком глубоко въелось, просто так не избавишься…
— Даже если Алихан отдаст тебе и твоему отцу месторождение, нет никакой гарантии, что вы от нас отстанете.
А так я точно нужна вам обоим живой. В этом мы сегодня убедились. Если я умру, месторождение отойдёт Алихану. Или государству. И тогда ты и твоя семья точно проиграете. Не так ли?
Это не были словами или же известными умозаключениями самого Алихана. Но как же, черт подери, я хотела оказаться правой.
Ведь если не это, тогда что?
Дерьмовая мысль.
За которую я последующие минуты прокляла себя тысячу раз.
