И ты, и я — оба прекрасно знаем это. Здесь и сейчас у тебя есть только я, — опустился на корточки, тоже осматривая Альпа.
Постаралась не обращать внимания на то, насколько он теперь опять близко. Как и на его слова никак не отреагировала. Внешне. Поджав губы, я стёрла со лба Альпа запёкшуюся кровь, всячески борясь с подступающими слезами.
Нельзя плакать…
Нельзя жалеть себя.
Даже если его слова — снова правда. Даже если это значит, что именно поэтому госпожа Ирем отправила меня, а не сама за своей своенравной дочерью поехала, вопреки тому, что так пеклась за сохранение “страшного секрета”.
Меня, да. Не ту же — исключительно верную Фидан. Или одного Альпа. Альпа, да. Вместе со мной. Избавившись тем самым и от него тоже. От нас обоих. Одновременно.
А ещё…
— Не веришь мне, — усмехнулся криво, по-своему расценив мою реакцию, Амир. — Ну, конечно, ты мне не веришь, — разогнулся, возвышаясь надо мной.
Не ответила. А он со злости пнул валяющийся поблизости кусок оторванного крыла.
Я и тогда не подала виду. Чем разозлила мужчину сильнее. Хруст суставов — с такой силой он сжал кулаки, я даже с такого расстояния между нами различила. Ничего не стал больше говорить. Развернулся и решительным шагом направился к машине. Как оказалось впоследствии, к той — куда поместили Элиф. С ней он оказался ещё менее вежливым. И пусть я не собиралась наблюдать за тем, что он там делает с ней, но когда его кулак взметнулся выше, а после нанёс удар, я малодушно зажмурилась и вся сжалась.
Как если по мне удалил. Не по железу, совсем рядом с лицом девушки.
То же самое желание меня посетило повторно уже через минуту. Вместе с его возвращением. И подсунутым мне под нос чужим телефоном.
— Эта фотография? — хмуро поинтересовался Амир.
На светящемся экране — он и Лали.
Ответ, как говорится, очевиден.
Вот и промолчала.
Хотя его это совсем не устроило.
Гаджет оказался вновь в его единоличном владении. Несколько резкий, порывистых движений пальцами по экрану — передо мной ещё одно фото.
Почти такое же, только на этот раз Лали сидела в компании Лейлы.
— А может эта? И нас там трое было, — процедил сквозь зубы всё ещё злющий араб, снова перелистнул галерею снимков. — Или всё-таки двое? Если только я не овладел техникой астральной проекции, — закончил совсем уж циничным тоном, опять подсунув мне под нос злосчастный гаджет.
На этот раз фотография была с единственным изображением. Его. И ещё одна. И ещё.
