А когда узнает, он тебя ни за что не пощадит, — нет, в отличие от неё самой, я не собиралась сыпать угрозами, всего лишь хотела заставить её сомневаться. — И, наверное, это будет, для тебя открытием, но святой он меня тоже не считает. Я не вынуждала его жениться на мне. Он сделал это не потому, что я ему голову заморочила. И не потому, что я залетела от него, как ты рассказала всем, — да, я говорила всё, что угодно, лишь бы потянуть время, Альп говорил, следом за нами выехала ещё одна машина, и я очень ждала её появление, как манну небесную.
— Алихан должен был моему отцу. Поэтому он на мне женился. Он отдал долг, понимаешь? Жизнь — за жизнь. Вот и всё. Вот так просто. Нет ничего из того, что ты успела себе напредставлять, Элиф. Никто не собирался причинять тебе боль. Ты тут вообще не причём, Элиф. Ты ошиблась. Мне очень жаль.
Она… не поверила. Ни единому моему слову. Кажется. Ведь призадумалась, подозрительно прищурилась, склонив голову. И, вероятно я переборщила со всеми своими внушениями, потому что все мои увещевания закончились новым криком:
— Ты врёшь! Ты всё врёшь! — сорвалась девушка.
— Он не мог отказаться от меня из-за какого-то там дурацкого слова и долга! Нет! Ни за что! Ты всё врёшь, дрянь! Врёшь!
Всё-таки поверила. И это оказалось намного хуже того, если бы случилось наоборот. Потому что принять правду порой гораздо сложнее, чем обмануться ложью. Она кричала так громко, что её голос оглушал. Лицо Элиф исказило не только ненавистью, но отчаянием и болью.
А когда она бросилась на меня, я даже не удивилась, едва раздался выстрел, как ни странно, я ждала его… Равновесие я всё-таки потеряла. И упала. Придавленная тяжестью мужского тела, в последний момент закрывшего меня собой."
"Словно весь мир накрыло тенью, не только меня...
Всё смешалось.
Хлынул дождь…
Плечо пронзило новой порцией боли. Послышался сдавленный женский вопль и ругательства. Элиф вырывалась, извивалась и сыпала проклятиями, когда двое мужчин в чёрных пиджаках скрутили и поставили её на колени.
Где-то в районе солнечного сплетения стало влажно и липко, в считанные мгновения моя одежда пропиталась этой пока ещё непонятной мне субстанцией. И я с некоторым удивлением, должно быть, от шока, уставилась на свои пальцы, перепачканные кровью, когда перехватила чужие ладони, бережно тронувшие моё лицо.
— Цела? — поинтересовался встревоженно и хрипло, глядя в мои глаза… Амир аль-Алаби.
