Самое подлое — не только трёп женщин, но угощения на столе никак не заканчивались, Фидан и Мелек ловко заменяли пустые тарелки и вазочки, добавляя новые порции сладостей, не забывая вовремя подливать ароматный чай.
Когда ж они все уже лопнут?
Спрашивала я себя с завидной постоянностью.
Не от угощений, так от распирающего самомнения!
Лали повезло в этом вопросе куда больше меня, она сбежала из дома под каким-то нелепым предлогом задолго до того, как почтенные анаконды расположились в главной гостиной.
И это ещё ничего. Если сперва обсуждение от прошедшей выставки, где меня даже разочек похвалили, плавно перетекло к обсуждению всех и вся, кто там был, то в итоге:
— Нет, всё-таки я считаю, что вы обязаны устроить свадьбу. С размахом. Роскошную. Великолепную. С множеством гостей. Такую, чтоб весь город потом ещё долго-долго вспоминал, — переключилась на меня госпожа Пелин.
Сдалась ей эта свадьба…
— Вспоминал. И завидовал, ага, — подхватила госпожа Сибель.
— Она права, Ирем. Твоя невестка — дочь такого достопочтенного человека, настоящий посол всё-таки, а не какой-то там мелкий чиновник, или тот же мэр, — фыркнула презрительно.
На лице свекрови отразилось не меньше презрения. И нет, не в адрес несостоявшегося родственника, который мэр. Её перекосило исключительно на упоминании должности “Посол”.
— Все-все обязательно должны об этом узнать! — интенсивно закивала ещё одна из присутствующих — госпожа Чичек.
— Ведь правда же, золотце? — обратилась ко мне.
Всё, на что меня хватило, неохотно промычать, послав умоляющий взгляд госпоже Ирем. Благо, та прониклась.
— Если уж вы считаете, что моей семьей вдруг ни с того ни с сего стало жизненно необходимо похвастаться своей родословной, может нам тогда просто рекламный щит заказать? — усмехнулась свекровь, перетягивая внимание дамочек на себя. — Мы — не из тех, кто нуждается во всеобщем признании.
Оно у нас и так есть, — закончила мрачно и сурово.
Ещё бы это на кого-нибудь, кроме меня, тут подействовало!
— Да причём тут ваше семейное всеобщее признание? — возмутилась госпожа Пелин. — Ну, ладно, допустим, лично тебе его хватает. Но ты о девочке подумай, — махнула в мою сторону рукой. — Ей же ещё жить и жить на этом свете. Это же в первую очередь для неё самой, — развернулась в мою сторону.
