— Помню, — призналась тихо.
— И я помню. Очень хорошо. Тебя. Хочу, чтобы и ты вспомнила. Ещё раз. Каждое мгновение, — послужило мне ответным признанием на ухо провокационным полушёпотом.
Сарафана, как тогда, на мне нет. Только шёлковая комбинация. Но её лямка так знакомо и соблазнительно скользит по моему плечу вниз, ведомая его пальцами, что я начинаю задыхаться от одного этого ощущения. Мужской голос проходится мириадами мурашек по моей коже. Нет, мне не холодно. Ещё жарче.
— На колени.
Подчиняюсь. Прикрываю глаза.
И не дышу вовсе, когда слышу новый, совращающий мой разум приказ:
— Вспоминай, Аида. Вслух.
Он же это не серьёзно?
Или…
Я не права.
— Хочу слышать тебя. Рассказывай.
Да, я на коленях. Посреди постели. А он до сих пор позади меня. Прижимается со спины. Выводит незримые узоры на моём обнажённом плече. Шепчет. Искушает. Вводит в замешательство. Развращает сознание. Заставляет чувствовать себя последней грешницей. Той, кто вопреки всему, опять подчиняется.
— Ты… передо мной, — произношу, едва ли слыша саму себя, слишком часто и громко колотится моё сходящее с ума сердце.
— Я... смотрю на тебя... снизу-вверх.
Здесь и сейчас — совсем не так. Но я не открываю глаза. Представляю себе это слишком ярко и достоверно, что почти взаправду вижу наяву иное: как слепит солнце, как пересыхает во рту, мне всё ещё невыносимо жарко, меня мучает жажда, и вода тут совсем не причём, нет, не она мне нужна. Алихан.
— На тебе нет рубашки, — срывается с моих уст новым признанием. — Ты собираешь мои волосы и я подаюсь ближе.
Рубашки на мужчине в самом деле нет. Мои волосы собраны и намотаны на кулак в реальности. Он тянет совсем чуть-чуть, назад, и я послушно запрокидываю голову, уложив её ему на плечо.
— Дальше, любимая…
Сосредоточиться становится сложнее. Мои воспоминания слишком остро пересекаются с тем, что происходит в настоящем. Я жадно хватаю ртом воздухом, пытаюсь втянуть в себя как можно больше кислорода. Не спасает. В лёгких печёт. Я знаю, не только моё воображение играет со мной.
Куда искуснее манипулирует сам Алихан. Лёгкий поцелуй на стыке плеча и шеи — чистейший разряд удовольствия, который расходится новой волной тепла по каждой клеточке моего тела, собираясь внизу живота порочным желанием.
— Ты... говоришь... как…
Я не в силах произнести всю фразу вслух. Не могу закончить её. Облизываю губы. Невольно задеваю кончиком языка его пальцы, что проводят по ним. Медленно. Изучающе. Искушающе. Вместе с обещанием чего-то гораздо большего.
