Терпеть не могу, когда мне пытаются диктовать условия…
— Предупреждаю в первый и последний раз, — добавил, не без наслаждения наблюдая за тем, как физиономия старика начинает краснеть от переполняющей его злобы.
Похоже, он тоже не в восторге, когда диктуют условия…
— Предупреждаеш-шь, значит, — прошипел, гневно оскалившись, аль-Алаби. — Мой сын вернётся домой по час-с-стям, значит… — вскинул трость, ткнув ею в меня, не достал в считанных миллиметрах. — Что в таком случае, остановит меня от того, чтобы и я тебя предупредил? Или же сразу домой по частям отправил?
С учётом, что мы находились на пустыре, на самой окраине городской черты, а за его спиной стояло пятнадцать человек, готовых схватиться за оружие в любую секунду, не сказать, что прозвучавшая речь могла бы считаться пустым звуком.
Опять же…
— Сказал же, я — не один.
Солнце тут слепящее. Поправил очки. Сместил своё внимание к концу трости, которая до сих пор не опустилась, зависла в воздухе. И перевёл его на грудь напротив. Туда, где засветилась красная точка поверх белой ткани.
Араб её тоже заметил.
— Успел прикупить себе парочку наёмников, — хмыкнул аль-Алаби, а его запал быстро испарился.
Старик демонстративно расслабился. Трость опустил. Его люди — наоборот, напряжённо заозирались по сторонам. Хотя вряд ли хоть один из них вычислит с такой позиции местонахождение моего страховочного сопровождения.
— Нет, — отзеркалил я его эмоцию. — Мне на тебя и тратиться не пришлось. Как и людей своих подставлять. Видишь ли, корабль, на который ты запустил свою крысу, принадлежит мне — это да.
И груз, который разместили на корабле, тоже из моей шахты вышел. Вот только мне этот груз давно не принадлежит. Я продал его ещё на берегу. Якудза. А они — ребята немного дотошные. И очень инициативные. Настолько, что глава клана предложил охранять мою жену до тех пор, пока всплывшая неприятность в виде тебя и твоего семейства, не сгинет с нашего общего горизонта раз и навсегда. Мстительные они, в общем. А ещё слегка злопамятные. Да и времени на подобную хрень у них куда больше, чем у меня.
Хобби у них такое. Постоянно на досуге развлекаются. Они, кстати, когда я уеду, тут останутся. На случай, если ты вдруг что-нибудь новенькое придумаешь.
Зубы у собеседника заскрипели столь заметно, словно ещё немного — раскрошатся в пыль. Рука, сжимающая рукоять трости, побелела от напряжения.
— Корабль вернётся на радары в течении часа. Курс тоже восстановится, — исходя багровыми пятнами, неохотно выплюнул аль-Алаби.
