Тот одарил свою жертву брезгливым взглядом, остался абсолютно безразличен ко всем мольбам с просьбами о пощаде, когда к голове незнакомца тоже приставили пистолет, смотрел при всём при этом Амир исключительно на меня.
— Сколько ещё умрёт за тебя, дочь посла? — донеслось от него равнодушное и холодное, отразившееся липким ознобом по моим позвонкам. — Один? — наряду со щелчком снятого предохранителя, — Два…"
"— Нет! Не надо! — вскрикнула, сократив расстояние до прутьев. — Нет! Пожалуйста! Хватит! — схватилась за железо.
— Пусть будет по-твоему, — бросилась в сторону, к калитке, через которую можно оказаться на дороге. — Я выхожу.
Рассудок заполонила паника. Оживший кошмар наяву не оставил и шанса. Едва ли я в полной мере соображала, чем грозит мой порыв. Лишь бы закончилось. А я сама…
— Не выходишь.
Чужой голос прозвучал совсем негромко, спокойно и размеренно. Вот только проскользнувший оттенок стали не позволял обманываться этой напускной беспристрастностью. Мужчина, чьё появление я пропустила, опирался локтем о верхушку открытой дверцы белоснежной машины, припаркованной у противоположной стороны дороги, и, приспустив на переносице солнечные очки, с лёгким прищуром наблюдал за развернувшимся действом.
Он был совсем один. Тем сильней удивила решительность и беспечность, с которой он шагнул навстречу Амиру, остановившись между ним и стоящим на коленях арабом, заслонив собой последнего. Не смутило его и наличие прицела, направленного теперь прямиком в грудную клетку.
— Что здесь происходит? — поинтересовался… кто бы он ни был.
Алихан?
Брюки строго кроя, тонкая рубашка с закатанными рукавами на три четверти и брендовые ботинки, выдавали в нём бизнесмена или владельца какого-нибудь крупного холдинга и человека из списка “Forbes”. Однако руки — жилистые и сильные, присматриваться не обязательно, выдавали в нём иное, как и невозмутимость, с которой он прямо и совершенно бесстрашно смотрел в глаза нацелившему на него оружие. Кем именно являлся человек, к которому я обратилась за помощью, я не имела ни малейшего понятия, так что оставалось лишь гадать, кто перед нами.
Или нет.
— Не твоё дело, — враждебно отозвался Амир. — Ты кто такой вообще? Жить надоело? — кивнул своим людям, и те ринулись проводить досмотр незнакомца.
Тот совсем не сопротивлялся. Позволил обыскать себя на наличие оружия, которого не было, и вытащить из внутреннего кармана пиджака бумажник, достать из него документы.
