Плюс какие-нибудь успокоительные, не влияющие на ясность мысли и скорость реакции.
После войны этим никого не удивить, и у медиков с этим всё более чем хорошо."
"Иначе я не выдержу. Слишком у меня дрожат пальцы об одной только мысли о властной ладони адмирала, опустившейся на мою поясницу где-нибудь за столиком в ресторане. Или о его взгляде, задержавшемся на моих губах.
И при этом всём я понимала, что я обязана защищать свою семью до конца.
Адмирал мне помог. Спас. Операция для меня. Защита для семьи.
Операция для мамы.
Если с моим участием адмирал и его люди быстрее вскроют сеть злоумышленников, разве я имею права на свои душевные метания?
Я офицер. Военнослужащий. Меня вообще-то убивать учили. А такому делу как шпионские игры и разведка, у нас был целый ряд дисциплин в академии на старших курсах. Которые я с отличием закончила.
Если отбросить его странную выходку с поцелуем…
Если подойти без эмоций и посмотреть на всю ситуацию со стороны…
Для девушек целых четыре дополнительных предмета были введены в рамках раздела диверсионной работы в глубоком тылу.
И я сама подписывала особый пункт соглашения о согласии вступить в любовную связь с тем, кого укажет командование.
Хоть подобное могли потребовать от меня лишь в условиях военного времени, факт оставался фактом. Меня этому учили. Адмирал, как никто, знает об этом.
Адмиралу говорили, что я лучшая ученица академии. Сам ректор меня рекомендовал.
На этой мысли я успокоилась.
В конце-концов, в академии меня учили не только военному делу, но и умению справляться с эмоциями.
Со всеми этими переживаниями и переездами, я про это забыла. Я в состоянии со всем справиться. Потому что я в общем и целом большая-пребольшая молодец.
И всё равно, мне удалось поспать только пару часов. На утро я чувствовала себя разбитой. Холодный душ и крепкий кофе лишь слегка улучшили ситуацию.
Погода тоже не радовала. С океана пришел холодный фронт, моросил мелкий противный дождь.
Все казалось серым, только цветы яркими пятнами клумб напоминали, что не все так плохо, и в жизни есть светлые моменты.
Мама сможет ходить. Вот отличный пример того, что все хорошо.
Придя в свой кабинет, я обнаружила, что мой рабочий пульт уже отключен и запаролен. Экран слабо горел красным в ожидании своего нового оператора.
Дел не было. Я решила не терять времени и забежала к медику.
В медпункте все прошло быстро, и я вскоре вернулась в кабинет.
