И если наш Бриус обернётся, значит, он никакой не Бриус.
– Гениально, – с восторгом выдохнула Зурим и посмотрела на Глашу, как на бога Хитроумия.
Польщённая восхищённым взглядом восточной красавицы, Глафира решила устроить репетицию маленького спектакля прямо здесь и сейчас и поманила Зурим в один из проходов кустарникового лабиринта. Но приступить к отработке пьесы из двух актов помешало мелькнувшее в просвете между ветками странное пятно, выбивавшееся из общей цветовой гаммы. Глаша подошла поближе, раздвинула листики и увидела, как по параллельному коридорчику лабиринта движется Сапфира с чёрным ящиком в руках.
Зурим сделала страшные глаза и на языке жестов попыталась объяснить, что необходимо проследить за мулаткой. Глафира согласно кивнула. Ей тоже захотелось понаблюдать за дальнейшими действиями Сапфиры, хотя казалось бы, что может быть интересного в прогулке девушки с её милым питомцем.
Преследование длилось минут пятнадцать, не меньше. Хорошо ещё, что коридоры, по которым передвигалась мулатка и девушки, долгое время шли параллельно.
Но везение не могло длиться бесконечно. В какой-то момент Сапфира резко свернула направо, тогда как подобного поворота в коридоре, по которому шли шпионившие девушки, не обнаружилось. Им пришлось продираться через колючие кусты. У Глаши разодранной оказалась коленка, у Зурим предплечье, но они не собирались сдаваться и с маниакальным упорством следовали за любительницей двуглавых змей.
В конце концов, мулатка вышла на небольшую лужайку и остановилась. Преследовательницы замерли, скрытые плотными зарослями кустарника.
Сапфира присела на траву, раскрыла чёрный ящик и вынула своего экзотического питомца. Потом мулатка и вовсе приняла горизонтальное положение.
– Она что, загорать собралась? – шепнула Зурим.
– Скорее, принимать воздушные ванны.
Загорать в девять вечера, когда солнце вот-вот опустится за горизонт, занятие, мягко говоря, бесполезное.
Щёлочка, через которую Глаша наблюдала за действиями Сапфиры, была очень узкой и расположена на такой высоте, что не позволяла видеть лежащую на земле мулатку.
Зурим повезло больше – она прильнула к просвету между ветвями всего в двадцати сантиметрах от земли. Правда, для этого ей пришлось сложиться втрое.
– Глаш, что она делает? – голосом, полным удивления, спросила восточная красавица.
– Если б я видела, – с досадой шепнула Глафира.
