Внимание брата снова сосредоточилось на лужайке:
– Смотри, Зурим наконец-то вышла наружу. Странная девушка, – не то с осуждением, не то с восхищением выдохнул он. – Самая красивая из всей семёрки и самая загадочная. Что-то мне подсказывает, с ней могут быть проблемы."
"Крайс был частично согласен с братом. Зурим обладала природным магнетизмом. Её красоту невозможно было не заметить. Она притягивала взгляд. Будоражила воображение. Но вот насчёт проблем – тут можно поспорить. Восточная красавица казалась кроткой и застенчивой.
Какие с ней могут быть проблемы?
– Кто может доставить хлопот, так это, скорее, та, что с Земли, – усмехнулся Крайс.
– Которая чепец задом наперёд носит? – рассмеялся брат.
– Угу. И дело не только в чепце.
Крайс, разумеется, заметил, какую зебру выбрала Глафира. Зачем ей понадобилось норовистое животное, оставалось только догадываться. Поэтому он внимательно следил за развитием событий. Брат же, наоборот, вдруг переключил интерес с наездниц на Крайса:
– А что это у тебя из уха торчит? – поинтересовался он и потянулся рукой.
Крайс усмехнулся:
– Земной музыкальный инструмент.
Он вынул один наушник и пристроил в ухо брата. Тот замер:
– Ого!
На лице отразился фонтан эмоций.
– Знаю, впечатляет, – понимающе кивнул Крайс.
Впрочем, вскоре ему стало не до музыки – события на лужайке начали разворачиваться стремительно и совсем не так, как планировалось.
– Чёрт! – с досадой выругался Крайс, – да они же шеи себе переломают!
И помчался к выходу из дворца.
Падение двух девушек с зебр стимулировало у Глаши интенсивную работу мысли. Если то же самое произойдёт с Зурим, то больше восточную красавицу уж точно в седло не затащишь. А падение случится неминуемо, если срочно что-то не предпринять, потому что с каждым кругом брудершафтной езды силы Глафиры иссякали и управлять одновременно двумя зебрами становилось всё труднее.
К счастью, лошадка, на спине которой сидела Зурим, тряхнула головой, и спасительная жёлтая косичка, которая означала команду «стоп», перекинулась на ближнюю к Глафире сторону.
Теперь бы только заставить свою восьмёрку придвинуться как можно ближе к троечке.
Глаша натянула нужную косичку и прошептала:
– Давай, зебруля, давай.
Лошадка послушалась. И почему её считают норовливой? Теперь между двумя зебрами расстояние было не больше пары ладоней. Глафира сильно подалась влево и смогла-таки ухватить жёлтую косу. Одновременно попыталась вырвать зелёную из рук Зурим.
