Хотя тогда ещё слова такого не знали, но это не помешало придумать сногсшибательный финт. У них тоже был запланирован подвижный реквизит. Не такой крупный, как избушка, но тем не менее.
Как известно, бессмертное творение Чуковского начинается словами: «Одеяло убежало, улетела простыня…» Одеяло показалось тяжеловатым объектом, чтобы заставить его бегать, а вот с простынёй решили поэкспериментировать. Мама отжалела Глаше старенькую постельную принадлежность, использовать которую по назначению давно сделалось невозможным из-за прохудившейся середины.
К простыне с двух противоположных сторон были привязаны длинные верёвки. Подруги расположились за кулисами, одна – справа, другая – слева от сцены. Они по очереди тянули за концы верёвок – и простынь ожила. Нет, летать она не летала. Скорее, ползала. Но, тем не менее, смотрелось эффектно, когда Глаша, как кошка, охотящаяся на мышь, с разгону прыгала на ползущую простынь. Однако стоило подняться и ослабить хватку, полотно тут же уползало в противоположную сторону, и Глафира предпринимала новую отчаянную попытку укротить строптивую постельную принадлежность.
Это был успех! Зрители-малыши смотрели на охотницу за простынями, открыв рты, а зрители-родители складывались от хохота пополам.
Воспоминания о детском актёрском приключении немного сбавили волнение, но, когда занавес открылся, сердце снова начало выпрыгивать из груди. Сколько зрителей! В первых рядах – подставной принц Эндрю и малыши. Дальше – дети постарше. Королевская чета – на почётных местах в центре партера.
Потом ещё пара десятков рядов с нарядными людьми разных возрастов.
Глафира скользила по ним взглядом – её интересовал один конкретный зритель. Нашла его на отшибе, в последнем ряду – верен обещанию держаться подальше. Их разделяло метров 30, не меньше, но они, эти метры, куда-то делись, как только Глаша встретилась с Крайсом взглядом. И зрители тоже исчезли, и сцена, и деревья, обрамляющие полянку, и дворец. Глафира видела только его глаза. Как же она соскучилась! Прошли почти сутки с того момента, как принц оставил её с цветком на скамейке одну.
Сутки – это, оказывается, не 24 часа, это целая вечность. Теперь Глаша поняла, откуда это волнение. Почему она дрожит. Что заставляет сердце сжиматься в комок. Не предстоящий спектакль – нет. Другое событие, которое должно произойти чуть позже, вечером. Его Светлость принц Эндрю объявит о своём решении, и Глафира станет его невестой, чтобы через несколько недель сделаться женой.
