Вместе с ней я отпускала печаль и тоску, что так плотно обосновалась в сердце бок о бок с неуместными мыслями. Всё это следовало освободить от оков сердца.
Неожиданный порыв ветра заставил вздрогнуть и отложить инструмент. Зябко передёрнув плечами, я решила, что, пожалуй, на сегодня хватит и едва не свалилась с балкона, ощутив обжигающее прикосновение мужской ладони к спине."
"— Тихо, это я, — хриплый шепот опалил шею, а ладонь продолжила своё путешествие уже на талию.
Ардэн с силой притянул меня к своей груди, словно так ему было спокойнее.
— Я мечтаю услышать счастье в твоей музыке, — прошептал он, — как думаешь, это возможно?
Глубоко вздохнув, я мечтательно прикрыла глаза.
— Возможно…
Его губы опалили затылок, стекая дорожкой обжигающих поцелуев по спине и заставляя прогнуться. С губ сорвался хриплый стон, и я попробовала откинуться назад, чтобы Ардэн смог крепче обнять меня, но едва не сверзилась с балкона.
— Айд, — прохрипела я, неловко пытаясь встать на ноги.
К собственному ужасу вдруг поняла, что на балконе была лишь я одна.
Ни Ардэна, ни тем более его объятий не было и в помине!
Жадно хватая ртом воздух, я кое-как поднялась на ноги к собственному стыду обмирая от ужаса. Я знала, что у меня было не так много времени и что совсем скоро будет просто необходимо пройти через своё взросление, но… Всё было как-то не вовремя…
Тянуть было нельзя, если начинались такие живые фантазии, то совсем скоро мой энергетический баланс обвалится и учитывая то, что я не дома, то помочь с прохождением инициации будет некому.
Тяжело сглотнув, поднялась на подрагивающие ноги, и поплелась в ванную. Умывшись, я перевела взгляд на отражение в зеркале. Отражение выглядело донельзя жалким и до ужаса перепуганным. Как девушка, выросшая в квисэн-е я знала всё о том, что мне предстояло. Тайны, как и особого таинства, из этого никто никогда не делал. Но, почему же тогда я так волнуюсь⁈
— В бездну, — прыснула я водой на собственное отражение, — ещё хотя бы денёк-то есть у меня?
Ответа конечно же не последовало.
Всю ночь я ворочалась так, будто спала на раскалённых углях. Уже к середине ночи я избавилась и от одеяла, и от ночной рубашки. Казалось, что одеяло будто сплетено из стальных нитей и каждое прикосновение к коже, оставляет на ней горящие полосы. Та же история касалась и рубашки. Уже на рассвете я сидела по самую шею в ледяной воде, пытаясь унять пламя, что растекалось по коже от любого неосторожного прикосновения.
