Её имя он узнает спустя десять лет…
Интересно, не будь того злосчастного дня, появилась бы у Кайя новая страсть? В какой момент он захотел не просто женщину, а забрать у Ирмана всё? Жаль, конечно, что пришлось убить дракона так рано. На самом деле он этого не планировал. Не так рано, по крайне мере. Он думал, что сначала разрушит квисэн-е и посмотрит на реакцию второго принца. Ведь он знал, как глубоко засела та квисэн в сердце «друга». Мужчина даже подумывал отказаться от титула и выкупить из борделя свою страсть.
И, если бы Ирман не застал в ту ночь Кайя в сокровищнице, то как знать, быть может страдания потерявшего любимую дракона развлекали его до сих пор. Но, потеряв любимую игрушку, Кайя как-то незаметно пришёл к тому, что у него не осталось больше ни достойных соперников, ни целей… Даже Виан, что когда-то так зацепила его пришла в негодность и сломалась. По-хорошему, ему бы следовало избавиться от неё, но что-то удерживало от этого шага. Какое-то неприятное чувство жжения в груди, стоило только подумать об окончательном устранении женщины.
Но и заботиться о той, кто так пренебрегла им он не хотел. Особенно потому, что она так и не приняла его. Даже, когда поняла, что у неё больше нет выбора, потому что он ничего не оставил ей.
Именно тогда он подумал, почему бы не прибрать к рукам всё, что когда-то принадлежало Ирману? Это могло бы стать интересным. Хотя бы на какое-то время развлекло его.
И, сейчас, открыв ящик своего стола, он нежно огладил бархатную коробочку, в которой лежал небольшой сосуд из горного хрусталя с прозрачной жидкостью.
Без вкуса и запаха. Изысканная смерть полная осознания того, что невозможно остановить… осознания самого ценного — потери собственной сущности, а с ней власти и могущества. Если бы Ирман так не спешил умереть, он бы преподнёс этот дар ему, а уже после спросил бы у собственной матери, так ли теперь идеален второй принц? Но теперь он возглавит империю, поставит семью Корр во главе, а уже после задаст свой вопрос той, кто так усердно лепила из него идеал, заставляя корчить рожи и строить из себя того, кем он никогда не был!
* * *"
"Таймарис проспала весь день, вечер и ночь.
Казалось, эта девушка не смыкала глаз очень давно. Её потеря сознания перешла в глубокий сон уже спустя несколько часов, после того, как я забрала то, что её так мучило, а Ардэн убрал «узлы» и подкорректировал воспоминания, сделав их далёкими, словно произошло это не несколько месяцев назад, а лет.
