Я кожей чувствую исходящую от неё опасность. Будто ещё секунда и она перекинется, чтобы вонзить мне в спину свои когти, а зубы в горло. И мне даже начинает казаться, что я готова попросить её об этом, так сильно я хочу её крови сейчас.
Но она держит себя в руках, и я испытываю странную толику разочарования. Вместо драки на лестнице, я вхожу в первую ближайшую дверь и тут же чувствую, как на моём запястье смыкается сильная девичья ладонь и с силой толкает к стене. И, возможно, это могло бы быть болезненно, если бы не одно «но» — больнее того, что я уже испытываю нет.
— Решила мне угрожать, тварь, — шипит она мне в лицо, прижав моё горло локтем. — То, что чуть не сдохла сегодня ума не прибавило, что ли⁈ Только попробуй испортить мне этот вечер и я сама лично закончу начатое!
Черты лица Райсин плывут и всё больше звериного начинает проявляться в ней: от узкой ниточки зрачка и заканчивая в миг удлинившихся когтей и клыков. И, наверное, совсем недавно я бы даже испугалась, но только не сейчас.
— Зачем ты это сделала? — дрожащим голосом, сиплю я, делая вид, что обмираю от ужаса.
И ни что в моём теле не выдаст ложь. Запах, сердцебиение, мимика всё идеально! Годами вбитое под кожу искусство лицедейства, когда тело воплощает магию чувств и эмоций, превращая квисэн в ту, которой невозможно не поверить!
— Зачем? — тихо спрашивает она. — Зачем⁈ — рычит мне в лицо. — Потому что угрозы необходимо вырывать в зародыше, — ведёт она отросшим черным когтем по моей метке. — И ты ничего не докажешь, можешь даже не надеяться, что я оставила хоть какие-то следы! Так что не смей угрожать мне! Поняла?
— Какие угрозы? О чем ты? — шепчу, а сама начинаю плакать, показывая всю свою беспомощность перед силой тигрицы.
— Ты угроза для кое-кого важного для меня! И, мне плевать, чего это будет стоить, но если попробуешь мешаться, то я найду способ завершить начатое! Так что сиди тихо и не отсвечивай, поняла?
Так, похоже говорить, о том, что ею двигало она сама не хочет. Ну, да, оно и к лучшему!
— Поняла, — совершенно спокойно, отвечаю я, легко перехватывая запястье Райсин и силой поворачивая её, меняя нас местами и впечатывая её в стену.
— Хорошо, что ты молчишь, тем интереснее будет, — улыбаюсь ей, обнажая удлинившиеся клыки и любуясь ошарашенным видом её лица, а в следующую долю секунды, грубо хватаю её за горло и с наслаждением позволяю клыкам вспороть нежную девичью кожу.
Первый глоток, словно эликсир, солоноватый бальзам, пролитый на иссушенную почву моего естества.
