– Изъятие яйцеклеток? – глухо переспросила я, надеясь, что ослышалась или чего-то не поняла.
– Да! – дружно кивнули все присутствующие умники.
– Мне непонятно, почему ра Джар так остро отреагировал, когда догадался, о чем пойдет речь, – нашелся рум Жмель.
– Умный парень, весь в отца, жаль, выбрал стезю военного, – проворчал дерум Шик.
Рум Жмель бросил на коллегу раздраженный взгляд, прежде чем продолжить:
– Уже много лет каждая рантана добровольно проходит процедуру изъятия лишних яйцеклеток. Передает их бесплодным женщинам, которые жаждут ребенка.
Притом, что за последние десять лет обнаружено у одной самое большое их количество – всего двадцать две. А у вас их – почти четыреста!
Последнюю цифру Жмель произнес с таким придыханием, что стало понятно: этим-то я для них и привлекательна!
– Четыреста потенциальных уникальных детей с сильным генотипом. Каждый из которых будет способен принести еще минимум от пяти потомков в худшем случае. Да, четыреста – тоже мало, но это уже не капля, а небольшой ручеек, который способен в будущем оказать пусть минимальное, но благотворное воздействие в целом.
"
"– Вы хотите изъять у меня все яйцеклетки!? – вытаращилась я на этих мудрецов.
– Ну почему же все, – осторожно вмешался незнакомый рант. – Трехсот, возможно, пятьдесяти будет достаточно. А все оставшиеся – вам… хотя это очень много для одной женщины.
– Нет! – категорично заявила я.
– Хорошо, можем вам еще парочку десятков оставить…
– Нет! Я не готова отдавать своих потенциальных детей кому попало.
– Откуда такое недоверие к нам? – удивились государственные деятели. – Ведь мы спасли вас из плена, вывезли с Полярной, дали кров и…
– Можете вернуть меня на Полярную, – устало заявила я. – Там слаборазвитый и невежественный народ, но, кажется, более цивилизованный. И не вынуждает торговать своими потенциальными детьми, продавая их за безопасность, гипотетические права, неизвестные обяза…
– Не забывайся, ты не в том положении, девчонка, чтобы ставить здесь кому-то условия и укорять, – зло оборвал меня дерум Шик.
– Залетная пташка, толком не знающая жизни. Не ты отвечаешь за судьбы миллиардов, не ты несешь ответственность за наследие целого вида. Не ты будешь разгребать последствия своего явления Ранту. Не ты! Мы!
– Не я, – осуждающе кивнула я. – Не моя вина, что вы в настолько отчаянном положении, если взялись шантажировать беременную, слабую, несчастную женщину, потерявшую все на свете. Все, что я могла отдать, – уже у вас и от всего сердца.
