Но там все синее и опухшее, на что смотреть-то?
– Кто ее так приложил о стенку? – последовал вслух вопрос магической сущности.
– Мне и пришлось, – со скорбью признался граф.
– И сильно жалеешь? – тут же поинтересовалась Александра, приближаясь к мужу и заглядывая в его смеющиеся глаза.
– Сказать, что нет, совесть не позволяет. Все-таки и воспитание сказывается: нельзя так женщин уродовать. Не по-джентльменски.
Как ни странно, графиня сразу сумела рассмотреть в глазах супруга не только желание побалагурить, но и жуткую усталость.
– Ты когда последний раз спал? – задала она ему жесткий и конкретный вопрос.
Тот даже растерялся, не зная, как выкрутиться, и не сумев вспомнить:
– Э-э-э… да это не столь важно… Я в норме…
Но любимая его уже не слушала.
– Эрли, милая, вы тут без него справитесь?
– И не сомневайся! – заверила подруга-дочь. – Ценные указания уже выслушаны. Нагоняи получены. Рабочая сила начала трудиться в поте лица.
– Тогда мы спать! – решила Саша. И, бесцеремонно запрыгнув любимому на руки, скомандовала: – В спальню!
Он с ней и шагнул, куда требовалось, используя свои умения Торговца, но уже в графских апартаментах сделал последнюю попытку как-то отложить «тихий час», перечисляя кучу запланированных на сегодня дел.
Причем при перечислении стал волноваться, потому что куча оказалась намного больше предполагаемой. Даже чертыхнулся в сердцах:
– Черт, такое впечатление, что чем больше делаю, тем больше сделать остается.
Но к тому времени уже был раздет полностью и вытолкан под душ, а еще через пять минут таким же бесцеремонным образом, укутанный в простыню-полотенце, препровожден на кровать.
Правда, тут в теле взыграла кровь молодецкая, потому что супруга тоже прилегла рядом, позволив и себя обнять и сама к нему прижавшись, но Саша попросила:
– Постой, давай просто полежим минутку. Я так по тебе соскучилась.
Ну как было не согласиться с любимой? Вот Дмитрий и полежал минутку, в финале которой провалился в сон, как в омут.
Невероятная усталость и в самом деле сказалась, да и обстановка располагала: в собственной кровати и с женой в обнимку. Даже сновидений не было.
Пять часов пролетели, как единый миг. Наверное, Светозаров и еще бы спал, так и не заметив, когда один на кровати остался, но его деликатно так начал будить голос Эрлионы, проникая в спящее сознание:
– Папа Дима! Эй!.. Ты меня слышишь?
Пришлось отозваться, не раскрывая рта и глаз:
«Мм?..
