А потом как-то само собой втянулся в это дело. Деньги хорошие платили, во Владимире мне таких и не снилось. Вот так мы с Лехой на пару и прокочевали почти семь лет. У него из родных тоже никого не осталось. А я пацан вроде как… Не сын, конечно, но хоть поговорить есть с кем. Да и я к нему как-то привык, прикипел, что ли.
– А куда же делся он?
– Не знаю, – развел руками Стас.
– Это как так? – удивился дед.
– Так вот. Остановились мы однажды на постоялом дворе, в деревеньке под Иваново. Все вроде нормально было.
Поужинали, я спать лег, а Леха на веранду покурить вышел. Вышел и не вернулся. Просто исчез. Вещи в номере остались: рюкзак, снаряга вся, автомат вот этот, а Лехи нет. Я там всю деревню чертову на уши поставил – без толку, никто ничего не видел, не слышал, не знает. Как сквозь землю провалился.
– Не бывает так! Человек – не булавка, чтобы потеряться. Может, его того… украл кто? Наверняка же враги-то у него были.
– Враги были, – согласился Стас. – Только не такие, которые воровать станут.
Те бы сразу пристрелили. А тут ни шума, ни крови, ничего. Как будто сам ушел. Зачем только – не пойму. Ладно. Муторное это дело. Расскажи лучше, что у вас тут в округе имеется. Патронами, «семерками», затариться есть где?
– А то как же? Прямо по нашей улице, недалеко от стены магазин оружейный работает. Отличное, скажу тебе, заведение, не хуже тех, что внутри периметра. И выбор достойный, и цены ничего так, божеские. Я сам туда товар сдаю.
– Что за товар?
– «Каштаны».
Второй рейс вот сделал за неделю. В Коврове производство наладили недавно. ПП под макаровский патрон. Не слыхал? Старую разработку довоенную освоили. Очень даже приличный ствол. Сталь не та, конечно, что на старых, но тоже ничего. Зато стоит у них пушка эта всего пятнадцать монет за штуку! Я нынче восемь взял. Сдам по двадцать. Через неделю максимум разойдутся, и сорок монет чистого навару. – Дед похлопал ладонью по карману и довольно заулыбался. – Хочешь покажу?
– Ну давай, продемонстрируй свой чудо-ствол.
Дед вышел из комнаты и через пару минут вернулся с товаром.
– Вот, – протянул он Стасу пистолет-пулемет, завернутый в промасленную тряпицу. – Зацени игрушечку.
Стас развернул тряпку, достал агрегат, поблескивающий смазкой, взялся за рукоять с деревянными накладками, повертел. Легкий, чуть потяжелее «Кедра», в руке хорошо лежит. Выдвинул приклад, приложился.
– Что-то неудобно, – пожаловался он. – Аж в ключицу упирается.
