Да, определенно такому депутату он бы доверился сам."
"Мысли вернулись к звонку судьи, и Дмитрий сложил руки на груди, продолжая вглядываться в начищенное до скрипа окно. Григорий Михайлович Журавель, судья, с которым у него были продолжительные деловые отношения. Именно так — отношения. По — другому это сотрудничество адвоката и судьи трудно назвать. Некогда одногруппник отца, он был частым гостем в доме, присутствовал на семейных праздниках и вел дела еще Белозерова — старшего.
Если бы не он тогда… много лет назад, то пусть и не полетела бы в тартарары блестящая адвокатская карьера Дмитрия Лазаревича, но и авторитет в профессиональной сфере зарабатывался бы не один еще год.
После нескольких не особо крупных дел, выигранных в районном суде, Диме предложили взяться за громкое убийство нескольких людей, совершенное Константином Тумановым. Что примечательно — зарезал он свою собственную семью. Это Журавель отцу и предложил, а тот приказал тогда Диме взяться за защиту Туманова.
Так и сказал: ""Несмотря на фамилию, никто не будет связываться с неоперившимся юнцом с адвокатским кейсом под мышкой. Нужна история громкая, пусть и заведомо проигрышная. Тебе необязательно вытаскивать ублюдка из тюрьмы, таких тварей нужно сажать. Достаточно скостить ему срок и отправить на принудительные меры медицинского характера. Это уже другой уровень, сын"".
Сейчас Дмитрий понимал, что судьба молодого парня была предрешена еще до того, как прозвучал приговор.
Но тогда в нем еще играли амбиции. Он же был не просто Васей Пупкиным с улицы. Он был Белозеровым, а это значило, что он хотел выиграть и утереть нос папочке, заранее решившему, что сын неспособен на большее. И Дима начал копать. Он встречался с подозреваемым и очень внимательно слушал его. Ему иногда казалось, что он сам присутствовал в том доме в страшный день убийства — настолько четко рисовал ему эту мысленную картину Туманов. Сгорбившийся, осунувшийся, с черными кругами под глазами, он бубнил монотонным голосом одну и ту же историю, терпеливо отвечал на все вопросы своего защитника, глядя с неверием исподлобья.
Хотя тот побиться о заклад мог, что парень все же надеется на справедливость. Да, Белозеров был уверен, что Константина попросту использовали, как неплохой вариант для закрытия дела. Этот случай вызвал широкий общественный резонанс, и следствие стремилось скорее найти виновного.
