Это ли не повод уведомить английский народ, что в человеколюбии он уступает китайцам? Не пора ли христианам откликнуться на действия язычников, взбунтовавшихся против дьявола-искусителя? Мой старинный друг, владеющий китайским языком, сказал: «О зелье я говорил с сотнями людей, и никто не выступил в его защиту или оправдание». Жертвы опия не находят слов в его пользу. В Англии всякого приветит богатая лицензированная пивная, а китайский курильщик опия, мучимый виной и стыдом, ищет потайной уголок.
Подсчитано, что произведенный опий измеряется восьмьюдесятью тысячами ящиков.
Из сего громадного числа явствует, что возделывание индийского мака должно быть прекращено повсеместно и немедленно. Земли, захваченные сим губительным растением, надлежит вернуть культурам, не наносящим вреда человеческой жизни, добродетели и счастью.
Известно, что потребление зелья уже стало привычкой нездоровой части западного общества. (В Великобритании его торговый оборот за 1831—32 гг. составил двадцать восемь тысяч фунтов.
) Если так пойдет дальше, во что превратится нация через одно-два поколения?
Спору нет, нынче Провидение устанавливает наиважнейшие связи посредством национальных вкусов. Вот так, к примеру, любовь к чаю сплотила Англию и Китай. Однако следует помнить: то же самое Провидение, что использует сии особые предпочтения для дружеских уз, может применить их для общественной экзекуции. Да не случится того, что подобная кара — рикошет порока в соблазнителя — ожидает западные государства в их торговле с Китаем.
"
"Да пребудут божественная истина и мощь в каждом нашем усилии приблизить царство всеобщего согласия и вольности, но эра сия должна стать ровесницей времени, когда «не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать».
Остаюсь, досточтимый сэр,искренне ваш,Ч. У. КингИ вдруг все закончилось. Заслоны исчезли, лавки на обеих Китайских улицах распахнули двери и ставни.
Однако Город чужаков почти обезлюдел — остались только шестнадцать торговцев, которым отказали в выездных пропусках, и их челядь.
Последние дни заточения в опустевшем анклаве стали истинной пыткой, и обитатели индийской фактории облегченно вздохнули, получив известие, что сдача опия наконец-то завершена и вскоре всех отпустят восвояси.
За день до отъезда Нил прошелся по городу, попрощавшись с Аша-диди и поболтав с толмачами, с которыми успел подружиться. Последней остановкой стала печатня, во внутреннем дворе Комптон угостил его чаем.
