Успех харчевни позволил семейству попробовать себя и в других деловых сферах, но лодка-кухня оставалась главной любовью Аша-диди: высшим наслаждением для нее было восседать на своем привычном месте между кассой и жаровней.
Именно туда обратил свой взор Нил, когда поднялся на лодку и нырнул под навес, обозначавший столовую. Каждая встреча с Аша-диди несла ему особую радость — возможность вновь испытать то удивление, охватившее его, когда она впервые приветствовала его на бенгали. Фраза Номошкар, кенон ачхен? была бы вполне обычной на калькуттской улице, а вот на кантонской лодке-кухне звучала волшебной мантрой.
Однако нынче его ожидало удивление иного рода: мало того, что Аша-диди не оказалось на ее всегдашнем месте, но две ее невестки суетливо захлопывали ставни — то есть харчевня закрывалась, хотя день только начался.
Низкая посадка и прямоугольная форма придавали лодке-кухне вид баржи; на обоих концах ее имелись надстройки, а в центре — длинный навес, под которым стоял обеденный стол с двумя лавками по бокам.
Аша-диди была на корме, где гасила жаровни. Она как будто испугалась, увидев Нила, и поспешно подошла к нему, вот только вместо обычного приветствия прозвучал резкий, чуть ли не грубый вопрос:
— Экхани ки корчхен? Что вам здесь нужно?
Нил совершенно растерялся и промямлил:
— Я просто хотел поесть…
— Нет! — отрезала Аша-диди. — Вам сюда нельзя.
— Но почему?
— Городские власти велели нам закрыться.
— А в чем дело-то?
Аша-диди пожала плечами:"
"— Наверное, чтоб не было беспорядков.
— Каких беспорядков? — удивился Нил. — Сейчас я шел через майдан, там все спокойно.
— Вот как? — Аша-диди вскинула бровь и поджала накрашенные губы. — А на реку вы смотрели?
— Нет.
— Так гляньте. — Она потянула Нила за руку, развернув его лицом к реке.
Фарватер Жемчужной, обычно забитый судами, был пуст. Все шлюпки, кораклы и сампаны прижались к берегам, уступив дорогу двум канонерским лодкам, с двух сторон подплывавшим к Городу чужаков.
Канонерки, редко появлявшиеся в здешних водах, впечатляли бойницами и обилием вымпелов. Одна прошла совсем близко, и Нил разглядел изрядно военных на ее борту — не обычных солдат, какие слонялись по городу, но рослых маньчжурских гвардейцев.
— Что происходит? — спросил Нил.
Глянув по сторонам, Аша-диди знаком попросила его пригнуться.
— Я не уверена, — прошептала она, — но думаю, будет облава на одну факторию.
Нил вдруг встревожился.
