Немногочисленные путешественники, высадившиеся на Коулуне, чувствовали себя весьма неуютно, когда повсюду их сопровождали крики гвай-лу, фан-лу и сей-гвай-лу — проклятые чужеземные бесы!
На Гонконге, напротив, путники могли быть уверены, что их никто не заденет. Берег острова, видимый с борта «Редрута», был безлюден. Ближайшая деревушка — кучка ветхих лачуг в окружении рисовых полей — отстояла довольно далеко. Малоинтересный для жителей материка, остров обладал кое-чем бесценным для чужеземных кораблей — пресной водой, которой изобиловали прозрачные ручьи, сбегавшие с горных вершин.
Раз в день, а то и чаще, гичка, груженная пустыми бочонками, совершала рейс от брига к узкой прибрежной полосе, укрытой галькой. Полетт частенько сопровождала матросов и, пока те наполняли бочонки да затевали постирушку, бродила по берегу либо взбиралась на склоны холмов.
Однажды она одолела с добрых полмили, карабкаясь по старому, усыпанному камнями руслу, уходившему к вершине горы. Тяжкий подъем ничем не вознаградился, и Полетт уж хотела повернуть назад, когда в сотне ярдов впереди углядела впадину с какими-то белыми пятнышками по краям.
Присмотревшись, она поняла, что это цветки растения. Полетт разулась и полезла выше; острые камни порвали ей платье, но оно того стоило, ибо вскоре она любовалась изящными белыми цветами, знакомыми ей по калькуттскому Ботаническому саду — орхидеями «Венерин башмачок», Cypripedium purpuratum.
Обуянная радостью, Полетт вернулась на корабль и на другой день позвала с собою Хорька.
Вдвоем они поднялись еще выше, и наградой им стала бледно-красная орхидея, спрятавшаяся меж двух валунов. Полетт никогда такую не видела, но Хорек тотчас ее идентифицировал: Sarcanthus teretifolius.
Они присели передохнуть, и Полетт была сражена потрясающим видом, открывшимся с высоты: синяя лента пролива, на которой огромные парусники выглядели бумажными корабликами, материковые утесы, вздымавшиеся в туманной дымке.
— Как же вам повезло, сэр, что вы бродили по лесам и горам Китая, — сказала она.
— Представляю, какое удовольствие собирать растения в этой бескрайней и прекрасной глуши.
— Бродил? — недоуменно переспросил Хорек. — Что вы там себе напридумали? Неужто вообразили, что я слонялся по диким дебрям?
— А разве нет? — удивилась Полетт. — Но где же вы раздобыли все ваши новинки?
Хорек хохотнул, точно гавкнул.
— В питомниках. Как поступаю всегда.
— Серьезно, сэр?"
"Хорек кивнул.
