Да и какое ей дело до большой или маленькой груди?! Как будто ей больше не о чем думать. Это же неприлично.
Но ее тело не считало подобные мысли неприличными. Маленькая грудь обрела почти болезненную чувствительность, словно мистер Паркер-Рот ласкал ее, а не бронзовую фигурку.
— Вы, по-моему, хотели что-то обсудить?
Он поставил статуэтку на полку и улыбнулся:
— Да, хотел. — Его голос звучал как грех. Да и выглядел этот мужчина живым воплощением греха.
«Он же Червовый Король, дурочка.
Соблазнение — его второе имя».
Энн оглянулась в поисках массивного прочного дивана, за которым можно было бы спрятаться, но в этой чертовой комнате не было традиционной мебели. Тогда она схватила пухлую подушку и выставила перед собой, словно щит.
Стивен остановился в добрых двух футах от невесты и нахмурился:
— Ты же не боишься меня, Энн.
— Конечно, нет! — Господи, помоги ей! Беспокойство сделало его еще более привлекательным."
"Она нисколько не боялась его.
Она боялась себя.
Что с ней? Неужели она забыла, что бывает, когда тело одерживает верх над разумом? Десять лет назад она отправилась с лордом Брентвудом в сад барона Геддинга и вернулась обратно уже не девственницей. Разумные люди не повторяют подобных ошибок.
Хотя…Однажды утраченной девственности все равно нельзя лишиться еще раз.
— Я не причиню тебе боли. — На лице Стивена была искренняя тревога. — Я думал, ты знаешь об этом.
— Ты пьян.
Он покачал головой и поморщился:
— Уже нет.
Протрезвел. Но даже пьяный я никогда бы не применил силу к женщине.
Понятно, что ему не приходилось этого делать. Женщины сами на него бросаются.
Энн уронила подушку на кушетку, чувствуя непонятное смущение.
— Ты хотел поговорить о фальшивой помолвке?
Стивен всмотрелся в ее лицо, потом пожал плечами и взъерошил волосы.
— Я действительно считаю, что это единственный способ спасти твою репутацию и не лишить твою сестру лондонского сезона.
У Энн появилось пренеприятнейшее чувство, что он прав. Ей было, в общем-то, наплевать на свою репутацию — чтобы что-то спасать, надо это иметь. Но она была готова драться когтями и зубами за право Эви выйти в свет, насладиться сезоном и, возможно, найти подходящего мужа.
— Если леди Данли будет держать язык за зубами, все обойдется.
Стивен закатил глаза:
— Да, если я обзаведусь крыльями, то буду летать над Темзой.
