Как и сейчас. Переодевайся, – со вздохом отстранил он меня, но тут же многообещающе пообещал: – Вечером…
Не успела я отстраниться, как меня опять притянули к себе, быстро поцеловали и отпустили.
– На втором этаже, – направил меня он. – Я тут подожду. Если поднимусь с тобой, мы точно опоздаем.
Что ж, я не стала спорить и поспешила на второй этаж. Лестница, по которой я поднималась, тоже была прозрачной, но стоило мне ступить на нее, как включилась подсветка. Ночью, наверное, красиво смотрится. На белоснежном покрывале кровати лежало красивое платье персикового цвета и белье под него.
Рядом с кроватью стояли босоножки. Мне стало любопытно, куда же мы направляемся?!
Стоило мне выскользнуть из своего платья, как я оказалась в крепких объятиях и зацелована. Миг, и он испарился, переместившись опять на первый этаж, а я стояла с пылающими губами и отчаянно бьющимся сердцем. Вот интересно, неужели нам совсем нельзя опоздать?!
Чертыхаясь и в то же время глупо улыбаясь, глядя на то, как старательно Астарт отводит от меня глаза, я быстро переоделась.
– И куда теперь? – спустилась к нему. Он загадочно улыбнулся, шагнув ко мне, и мы переместились.
– Сюрприиииз!!! – воскликнула подруга, стоило нам появиться. В России сейчас осень, а мы оказались под ярким солнцем. Особняк в колониальном стиле. Зеленая лужайка с барбекю, над столом натянут шатер. Плеск воды и визг детей указывали на то, что мелкие плещутся в бассейне.
– Мясо почти готово! – известил Стужа, переворачивая решетку с ним.
– Успели, – улыбнулся Астарт.
– Ты намекнуть не могла? – накинулась я на Диану, подходя к ней.
– Я слово дала! – ничуть не смутилась она. – И не хотела лишать удовольствия твоего мужа на законных основаниях потребовать с тебя компенсацию за забывчивость. В этом году он тоже будет придумывать, чего бы хотел себе в подарок.
– Нет. В этом я успела.
– Жаль, а я ему ссылку скинула на дизайнера белья.
Да уж, Диана была одной из немногих, кто не трепетал перед моим мужем.
– Так вот кого мне надо благодарить за тот комплект в прошлом году?! – зловеще улыбнулась ей.
– Он сам! – воскликнула Диана, поднимая руки вверх и сдаваясь.
– Дети проголодались! – известила Тома, появившаяся в окружении детворы. Подруга была в темных очках и с огромной шляпой на голове, которую она придерживала от порыва ветра. Между прочим, свободный сарафан облепил уже округлившийся животик. Она была беременна третьим.
– Мам, пап, тут так классно! – воскликнули мои.
