Бабы велись на легкие деньги. Тот же наркотик. И соблазнить какую-нибудь молодую идиотку легко – стоит только шлюхе маякнуть перед лицом дорогой шмоткой, на которую она заработала своим передком.
Нахрен. Всю эту заразу нужно давить в зародыше, пока она снова не расползлась. Последнее время обстановка меня не радовала."
"Эту надо сдать ментам. Раз не собирается рассказывать. Они из нее выбьют показания, будут действовать жестче. Хотя, обычно нам с бабами было все проще – они сами начинали вестись, предлагали себя и готовы были хоть своих мать и отца заложить, лишь бы покончить с этой опасной жизнью и лечь под кого-то из нас.
Теперь интересно, сколько эта будет ломаться.
Я слышу, как открывается дверь и поднимаю глаза.
Влада
В доме не холодно, но меня колотит дрожь. Намек, который дал мне Карим, я прекрасно поняла. Мне стоит его удивить. Думаю, у меня это получится. Он очень удивится, увидев в своей постели эталоннейшее бревно, вместо горячей девочки.
Он сидит на кресле, расслабленно положив руки на подлокотники и наблюдает, словно ожидая, что же я буду делать.
Я медленно подхожу к нему. Смотрю ему прямо в глаза, не отрываясь и опускаюсь на колени между его разведенных ног.
Ладно. Я всего лишь на практике ничего не умею. Но я примерно представляю, что может ему понравиться. Просто нужно взять все в свои руки, несмотря на то, что по позвоночнику стекают капли ледяного пота от страха. А воображение еще больше его подстегивает, подкидывая мысли, что некоторые мужчины творят с некоторыми девочками и насколько это будет больно и ужасно.
Я прикасаюсь ладонями к его бедрам и провожу по ним, стараясь скинуть оцепенение. Не помогает ничего: мышцы словно деревянные.
– Сколько через себя мужиков пропустила? – разрезает воздух внезапный вопрос и я вздрагиваю от его грубости.
Почему он его задал? Просто так или заметил мою неуверенность?
Что ответить? Сказать правду? Он поймет, что мне нечем его удивлять. Решит, что не стоит впрягаться ради неумехи и они с Зауром просто будут использовать меня, как захотят.
Мне сложно представить, зачем он задает этот вопрос, и какой ответ будет правильным, и сложно представить последствия.
– Один, – все же, решаюсь ответить я правду, – полтора года назад. Но у меня… развита фантазия. Я постараюсь тебя удивить.
– Один? – с насмешкой повторяет Карим, – значит, в курсе, что делать. Чего трясешься, как девственница?
“Потому что у меня и секса нормального, как такового, не было” – мысленно отвечаю я, опуская взгляд.
