Я получу всё, что хочу! Всегда получаю!»
Кристалл подчинения монстров — семейная реликвия, переходящая по наследству из поколения в поколение. Отдать его? Никогда. Отдать себя? Лучше смерть.
— Когда же ты вернёшься?.. — прошептала она, глядя в ночное небо за окном, словно ожидая увидеть там силуэт мужа, спешащего на помощь.
* * *Глава 11
Тут же открыл глаза и уставился на голема, который стоял рядом. Мышцы отозвались тяжестью, сердце стучало ровно, но где-то в груди ещё гуляло странное ощущение, будто там прокатилась буря, а теперь пришло затишье.
Дыхание затруднённое, как после долгого бега. Веки тяжёлые, а всё тело словно налилось свинцом."
"Голем замер у стены, огромный и неподвижный. Он припёрся за мной, а я как-то даже не обратил внимания. Странно, но привык к нему быстро, слишком быстро. Как к руке или ноге, просто ещё одна часть меня. Ощущение знакомое — так же быстро когда-то привык к заларку, и новое оружие стало будто продолжением моего тела.
Пальцы сами собой сжались, разжались, словно проверяя собственное подчинение.
Мысленно потянулся к голему — ощущение тяжести, плотной силы, надёжности. Существо едва заметно шевельнулось, реагируя на мой мысленный призыв.
Вообще нормальный мужик. Одни преимущества: делает, что попросят, не говорит и не мешает. Можно сказать, идеальный. Не задаёт вопросов, не требует награды, не предаст. Каменная туша — сплошные мышцы и сила. Никакого выпендрёжа, никаких обид и капризов, никаких эмоций. Только полное, абсолютное послушание.
Заглянул ещё раз в себя.
— Нормально… — произнёс, переведя взгляд на стену. Голос прозвучал хрипло, с каким-то металлическим призвуком. Я откашлялся.
Хомяк молчал. Ещё бы, тварь пушистая. Обычно ехидный внутренний голос сейчас притих, будто пережидая бурю, словно даже он понимал серьёзность происходящих изменений. Или, возможно, даже он был слегка шокирован случившимся. Я мысленно хмыкнул, почти представив, как усатая морда забилась в угол и выглядывает оттуда настороженными глазками-бусинками.
Встал, прошёлся по комнате, разминая ноги: пять шагов в одну сторону, пять — в другую. Монгольская роскошь вокруг: шёлковые покрывала, резная мебель, даже ковры под ногами мягкие, словно мех. Остановился.
— Что у нас выходит? — спросил сам себя.
Время теорий Магинского…
Дыхание выровнялось, сознание прояснилось. Я собрал мысли в единый поток, упорядочил факты. Диск с силой руха и Зла каким-то образом изменил мой источник. Он тупо стал больше — это раз.
