Затем в ход шёл язык — молниеносные удары, пробивающие броню и щиты. И на десерт яд, парализующий жертв.
Была весьма красочная картина. Половина солдат просто вырубились, часть застыла. И там хрен знает, они в сознании или тоже спят. Другие бежали, да так, что пятки сверкали. Лишь сотни отстреливались и пытались хоть как-то остановить мою армию.
Как я и обещал. Будут оставлять свои позиции как маленькие сопливые девочки. Перевёл взгляд.
Перевёл взгляд на следующего монстра. Лахтина в форме глиняного скорпиона оказалась самой агрессивной.
Её жало несло смерть — один укол, и яд проникал в кровь, вызывая моментальную смерть. Клешни перекусывали стволы винтовок, как соломинки вместе с руками тех, кто их держал. Многосегментное тело изгибалось, позволяя ей атаковать сразу в нескольких направлениях.
Моя девочка в отличие от других, не церемонилась и не пыталась смягчить урон. Она действовала жёстко. Убивала, рвала всех кто смел встать у неё на пути или атаковать. Я то её характер не раз на себе испытал.
Перевёртыши продемонстрировали свою истинную мощь. Солдаты в ужасе отступали, пытаясь стрелять по странным образованиям, но пули проходили сквозь дымчатые силуэты, не причиняя им вреда. А затем дым внезапно уплотнялся, принимая частично материальную форму. Из тёмной массы выныривали длинные конечности с острыми как бритва когтями, которые одним движением рассекали стволы винтовок и автоматов, превращая грозное оружие в бесполезный металлолом.
Один лейтенант попытался организовать залп по Веронике.
Ряд солдат выстроился и открыл огонь по приказу. Но в момент выстрела перевёртыш просто растворился в воздухе, став невидимым облаком тёмной энергии.
Пули пролетели насквозь, не найдя цели. А через секунду она возникла прямо за спинами стрелков — когти мелькнули в воздухе, оставляя за собой кровавые следы. Крики боли смешались с воплями ужаса.
После первых таких атак имперцы перестали даже пытаться стрелять по перевёртышам. Увидев клубящийся чёрный дым, солдаты бросали оружие и бежали в панике, понимая бесполезность сопротивления.
Елена, казалось, получала особое удовольствие от этого страха — её дымчатая форма намеренно кружила вокруг групп солдат, прежде чем атаковать, заставляя их цепенеть от ужаса в ожидании неизбежного.
Изольда избрала иную тактику — она концентрировалась на офицерах и командирах. Её тёмный силуэт появлялся в командных пунктах и штабных палатках, мгновенно обезглавливая цепь управления.
