Она скрипнула на петлях, затем глухо захлопнулась за моей спиной.
Тут же выглянула голая Изольда. Её стройное тело словно светилось в полумраке комнаты. Длинные волосы каскадом спадали на плечи, прикрывая грудь лишь частично. В глазах плясали озорные огоньки, а на губах играла соблазнительная улыбка."
"— Ты не против?.. — улыбнулась женщина, делая шаг в мою сторону. Движение было плавным, кошачьим. — После убийства я обычно очень возбуждена.
Её голос — низкий и хриплый — был полон недвусмысленных намёков. Пальцы легко скользнули по моей руке, но я остался невозмутим.
— Обойдёшься! — ответил коротко, и из пространственного кольца появилось практичное платье. Одежда словно соткалась из воздуха, материализуясь в моих руках. — Мы тут не развлекаемся.
Бросил наряд, который Изольда поймала одной рукой, не сводя с меня взгляда. В её глазах промелькнуло разочарование, но быстро сменилось понимающей усмешкой. Мать перевёртышей хмыкнула и начала демонстративно одеваться прямо передо мной, светя всем, что у неё есть.
Каждое движение было нарочито медленным, каждый изгиб подчёркнут. Классическая игра соблазнения, но меня сейчас занимали совсем другие мысли. Я уже был погружён в анализ ситуации.
Снова призраки. Ещё и джунгары зашли прямо в поселение — дерзкий ход, свидетельствующий либо о крайней самоуверенности, либо о хорошей подготовке. Возможно, они рассчитывали на поддержку духов? Или у них есть свой шаман, способный контролировать этих существ?.. Почему решили напасть именно сейчас? Из-за внутренних распрей с монголами или по мою душу? Связано ли это с императором? Или у них есть ко мне какие-то претензии? Возможно, джунгары не хотят, чтобы я заключил союз с монголами, — логично, если рассматривать ситуацию с геополитической точки зрения.
Идей было много, но все они опирались на слишком малое количество информации. Как строить стратегию, когда неизвестны даже базовые вводные? Нужно больше данных, больше контекста.
— Не думай о битве, — села рядом Изольда, уже одетая в платье, хотя и не застегнувшая все пуговицы.
Она устроилась на краю простой деревянной скамьи, её плечо легко касалось моего. — Это нормальное состояние каждого поселения. Кто-то нападает, кто-то защищается. Так и живут.
Поднял взгляд. Её лицо было безмятежным, как будто мать перевёртышей говорила о чём-то обыденном — погоде или урожае.
— У них это что-то типа развлечения, — улыбнулась женщина, проводя рукой по волосам. Пряди скользнули между пальцами.
