— А мы его в духовке согреем, — не растерялся Рен и действительно поставил пузатый чайник в духовку.
Я усмехнулась и покачала головой.
— Скажи, кому нужно продать душу, чтобы купить квартиру в каменном доме в центре города?
— Как тот, в котором мы выросли?
— Да, — я кивнула, вспоминая трёхэтажный дом с двумя парадными. — Там не нужно было топить печь, и тепло сохранялось круглый год.
Это было правдой. Но отопление магическими кристаллами, встроенными в дом, влетало в копеечку, и хотя такое жильё намного удобнее, я не могла себе его позволить.
— А мне здесь больше нравится, — заметил Рен. — Никаких соседей, так уютно и по-домашнему. Как будто эти стены могут меня защитить от всего, что происходит снаружи.
Я усмехнулась и покачала головой:
— Тебе легко говорить. Ты всегда жил в обеспеченной семье и мог выбирать то, что нравится.
Рен сел на подоконник и посмотрел мне в глаза.
— Шелли, ты чего хандришь? Всё ведь хорошо у тебя. Двое прекрасных деток, свой дом, прекрасная работа.
— Нет, ничего, — прошептала я.
— Просто… вспомнила маму.
— Вы с ней так и не помирились?
— Десять лет уже прошло. Какое тут примирение.
— Филу уже лет пятнадцать. Почти взрослый.
Я прикрыла глаза и с горькой усмешкой покачала головой.
— Не могу сказать, что мне есть до этого дело.
— Шелли, — Рен взял меня за руку. — Столько лет уже прошло. Не можешь же ты вечно злиться на собственную мать. Она хотела как лучше.
— Лучше для Фила, — тихо ответила я. — Но не для меня.
— Ты ведь и сама знаешь, что маленькие дракончики требуют очень много времни, внимания…
— Денег, — добавила я то, что он не договорил.
— Но это не значит, что она должна была заставлять меня выходить на работу ещё до того, как я закончила школу, лишь бы только Фил мог ходить в детский сад с другими драконами! Отец оставил нам большую квартиру с кристаллами отопления, которую можно было разменять на что-то попроще, а остаток вложить в Фила. Но нет! Ей нужна была эта роскошь! Не то подруги засмеют!
Я вырвала ладонь из рук Рена подошла к печке, чтобы потрогать одеяла.
Они нагрелись достаточно, поэтому некоторое время в доме было тихо: нужно было раздеть малышей и уложить их так, чтобы они не слишком сильно проснулись. Рен порывался помочь, но я демонстративно игнорировала его присутствие. Потом пришлось вернуться в кухню, где он уже переставил чайник на плиту, и тот начал тихо посвистывать, говоря о почти закипевшей воде.
— Прости. Не хотел тебя задеть.
