Торт, чтобы ты влезла, – его смех снова заставляет все внутри сжаться, а сердце волнительно застучать, – слабо?
– Даже не знаю, как же я буду его готовить, если мне надо будет сидеть внутри?
Наш разговор плавно перетекает в подколки, но в этот раз в них нет ничего обидного или оскорбительного. Наоборот, мы словно окунаемся в прошлое, когда между нами все было хорошо.
– Вот и подключишь всю свою смекалку и сообразительность.
Показываю язык телефону.
– Так что насчет няни? Сможешь подъехать ко мне в офис?
Ах да, мы, вообще-то, начинали именно с этого вопроса.
– Да, конечно, через час смогу быть у тебя.
– Вот и отлично, тогда позвоню и назначу встречу. Жду тебя.
Угукаю, тоже что-то неразборчиво бормочу, и мы прощаемся.
Подскакиваю и подбегаю к зеркалу, скептично осматривая себя в отражении. Волосы слегка растрепаны, минимум косметики, простая одежда. Но мне же не покорять Наиля. Главное, приятное впечатление произвести на нашу будущую няню. Надеюсь, что мы понравимся друг другу.
Но я понимаю, что доверяю Наилю.
Он бы не приставил к девочкам кого-то плохого.
Привожу себя в порядок. Заплетаю волосы в высокий конский хвост, слегка начесывая затылок. Протираю лицо, чтобы освежить его и подправляю стрелки. Кручу головой и киваю. Вполне себе нормально.
Я не считаю себя какой-то суперкрасавицей, но с возрастом я становлюсь притягательной, что ли. Вот с волосами мне повезло, да. Длинные, каштановые, волнистые, они мое украшение. Губы тонковаты, но я никогда и не думала менять это. А Таранов в свое время сделал все для того, чтобы я полюбила себя.
От разглядывания отвлекает звонок телефона, и мои губы непроизвольно растягиваются в довольной улыбке. Почему-то уверена, что это Наиль. Снова что-то спросить или просто поговорить.
Но нет… номер не определяется. Почему-то становится страшно. Кого я услышу на том конце?
– Слушаю.
– Марина Сергеевна?
– Это я.
– Вас беспокоит следователь по поводу вашего дела по проникновению в квартиру.
Застываю посередине кабинета и вслушиваюсь в дыхание на том конце.
– Да, вы что-то разузнали?
Мужчина прокашливается, и передо мной встаёт его образ. Вспоминаю то утро, когда он писал наши с Наилем ответы на вопросы.
– Да, мы подняли записи с камер наблюдения. В тот день на вашем этаже камера временно вышла из строя.
После этой реплики мое настроение летит вниз.
– Но, – продолжает мужчина, – в лифте и на первом этаже они были вполне исправны, и нам удалось вычислить мужчину, который может быть причастен к нашему делу.
