– Так врач вчера все–таки не ошибся, да? – тихо–тихо и как–то по–особому жалостливо уточняет Алексей.
– Он ткнул пальцем в небо, но да, не в последнюю очередь из–за его слов я поняла, что надо бы мне сходить провериться к подходящему специалисту, – киваю, отправляя очередной ролл в рот. – Да ты поешь, не стесняйся, – подталкиваю Власову коробочку, – сам же покупал, хоть затраты немного отобьешь.
– Издеваешься, да? – говорит Алексей и с обреченным вздохом присаживается напротив меня, все–таки принимаясь за еду.
– А там точно беременность?
– Вон результаты осмотра, – киваю в сторону. – Все подробно рассказано и описано. Срок, правда, маленький, посоветовали через две недели снова прийти.
О том, что врач непрозрачно намекала на то, что беременность может не окрепнуть, я молчу. Мне неприятна сама мысль об этом, несмотря на то, что это стало бы циничным вариантом решения проблемы.
Власов, конечно, то еще парнокопытное, но у нас все с ним было по обоюдному согласию. И чувства к нему я очень даже испытывала.
Да что скрывать, они до сих пор есть. Просто, я пока их успешно прикрываю злостью и мыслями о беременности.
– Хм, – Алексей берет заключение узи и задумчиво смотрит на него, – то есть все еще может не подтвердиться, да? У Снежаны так было один раз, вроде залетела, ан нет, не срослось. Ой, – он хлопает себя по лбу.
– Ой, – согласно киваю. – Снежана, надеюсь, жена? Не еще одна твоя пассия?
– Нет, – злится Власов, – не еще одна.
– Сколько эмоций, вы только посмотрите! – всплескиваю руками и встаю за тортиком.
– Торт будешь? Сладкое настроение поднимает. Съешь и подумаешь, как алименты платить будешь, что супруге скажешь. Ведь сладкое еще и мозговую деятельность стимулирует.
– Мне бы что покрепче. Да и не будет никаких алиментов, мы с тобой не в браке. Ты просто так не запишешь на меня ребенка, – Власов тянется в пакет за бутылкой. – Одного твоего заявления недостаточно, нужны доказательства того, что мы с тобой, как минимум, жили вместе.
Внутри меня все холодеет, кажется, сознательности от Власова не дождаться.
Понятно, что замуж я за него не собиралась, двоеженство запрещено на законодательном уровне в нашей стране, но все же… Чего я ожидала?
Того, что он скажет, мол, да, Настя, виноват? И, конечно, твой ребенок ничем не хуже тех, что есть у меня в законном браке, я помогу?
– Договор о съеме квартиры на тебя, и ты ее оплачиваешь, – произношу нейтральным тоном, пытаясь сдержать эмоции.
Ругаться – плохая идея.
