Кто же тогда скребся ногтями в дверь? Кто грохотал этажом выше? Кто прошлой ночью сидел у него на кухне?
Артем спустился на свой этаж и замер как вкопанный. Дверь в квартиру была распахнута.
– Что, сучоныш? Порезать нас вздумал? Ну давай иди сюда.
Голос хрипел из кухни. С лестничной площадки Артем не видел ничего, кроме прихожей и куска коридора, но он знал: говоривший сидит там, за столом. Именно туда смотрел испуганный Барс, что стоял рядом с обувной полкой, выгнув спину и прижав уши.
Кот издал утробный звук, больше напоминающий коровье мычанье, чем кошачье мяуканье.
Низкий прокуренный голос с кухни рявкнул:
– Если твоя тварь не заткнется, я ему кишки выпущу!
На этот раз Артем не задохнулся от страха. Нож придавал уверенности.
– Кто ты? Проваливай из моей квартиры!
Голос расхохотался, но ненадолго. Смех тут же сменился приступом сухого кашля, будто пришелец на кухне страдал от туберкулеза.
– Ты с первого раза не понимаешь, сучоныш? Это не твоя квартира. Она наша. Бабка нам ее подарила. Помнишь бабулю, паршивец?
Где-то далеко внизу, на самом первом этаже, послышалось мерзкое хихиканье.
Артема окружали.
– Что замер, щенок? – спросил голос из кухни. – Иди сюда, я сказал.
Артем шагнул назад. Крепче сжал нож. В тишине раздался металлический щелчок, словно кто-то отодвинул щеколду. Дверь соседней квартиры медленно и со скрипом открылась.
Из пустой прихожей на Артема смотрела женщина. Та самая – в ситцевом халате. Бледная, с синими выступающими венами на голых ногах. У нее не было лица. Ни носа, ни губ, ни глаз – только кусок кожи, на который натянули рыжие волосы.
Женщина прижимала палец к тому месту, где у людей обычно располагается рот.
Артем понял ее жест. Женщина просила не издавать ни звука.
– Что ты булки мнешь? – спросил хриплый голос из кухни. – Иди сюда, не бойся.
Женщина поманила Артема к себе – в пустую квартиру. Он не пошел, а, наоборот, сделал шаг назад. Тогда женщина по-кошачьи зарычала. Совсем как Барс. Утробно, словно в животе у нее загудел ветер. Артем не выдержал.
Он зажмурился, закричал и побежал на женщину. Ударил в живот. Раз девять, не меньше. Три раза по три удара ножом.
Раз. Два. Три…
После очередного удара женщина просто растворилась в воздухе. Артем попятился обратно в подъезд. В этот момент обе двери захлопнулись. Голоса исчезли. Было лишь слышно, как все громче и громче кричит Барс. Казалось, будто его там раздирают на части бездомные псы.
Артем задергал ручку двери. Она не поддавалась. Кто-то задвинул щеколду.
