Смотрю на череду постов и не понимаю, что открывать.
– Виталик, что тут смотреть? – бросаю на него нетерпеливый взгляд и вожу пальцем по экрану. Фоток куча, но жену я нигде не опознаю.
– Там торт на заставке. У Инессы Константиновны ведь день рождения неделю назад был.
Был. Меня на нем не было. Я ей приличную сумму на карту кинул, чтобы купила себе какую-нибудь очередную безделушку или грудь сделала. Уже ведь раз пять намекал, что двойка для меня маловата.
Насколько я помню, Инесса отмечала в СПА с подружкой.
Массаж, процедуры и все такое. Зачем им в СПА торт со свечами? Да и о фигуре лучше бы думала…
Уверенно жму пальцем на торт и смотрю ролик.
Это точно не СПА. Камера отъезжает от торта и являет мне Инессу в компании нескольких незнакомых людей. Судя по обстановке вокруг, это какая-то дешевая забегаловка. Да и сама Инесса какая-то другая.
Вместо всегда идеально вытянутых волос, на голове объемная копна. Никогда не понимал кучерявых волос, о чем ей говорил. Так что в моем присутствии Инесса себе такого не позволяла.
Одежда тоже непонятная и явно дешевая. Какое-то простенькое синее платье, цепочка с крестиком и сережки-гвоздики. Что за бред? У нее полно драгоценностей и все шкафы забиты брендом.
– Несси, милая, с днем рождения, – только сейчас замечаю, что на талии жены покоится мужская рука, и парень рядом с ней прижимает мою жену к себе.
Мою жену!
Становится нестерпимо жарко. Он молодой, на вид лет двадцать пять. Светлые волосы, широкая счастливая улыбка, приятные черты лица.
Не урод, но и ничего особенного. До меня ему далеко.
– Спасибо, – Инесса прижимает к покрасневшим щекам ладони и в ее глазах появляются слезы, – не ожидала, что вы все вспомните.
– Малыш, да ты с ума сошла, – на коленях Инессы появляется блестящая красная коробка с большим бантом, – у меня этот день на всех календарях был помечен.
– Круто, настоящий подарок, – она трепетно прижимает к себе коробку и у меня в груди колет. Я же денег бросил на карту. – Так, – она тянет за ленточку и приоткрывает крышку, затем закрывает ее вновь, – простите, ребятки, показать не могу, – Инесса прикусывает губку и смущенно смеется.
– Там что-то безумно дорогое, кружевное и сексуальное.
– Все ясно, – раздается женский голос из-за камеры, – цензура.
– Да, – Инесса кивает и делает глоток шампанского, – и не смей выкладывать видео, я тебя предупреждала.
Видео обрывается, и планшет с грохотом ударяет о стеклянную поверхность моего стола.
