Памятуя о страшном синхе, я шепотом отозвалась:
— Ты кто? Какое нафиг закурить? — запустила ладонь за спину, пытаясь выловить негодное сдобное изделие. Но он был вертким, как маленький паук. Быстро сбежал из-за шеи и юркнул с разбега ко мне в декольте. И устроился там!
— Я — Небесный Крендель. А вот кто ты такая меня интересует гора-а-аздо больше. Дай коричную трубочку? Ну да-а-ай!
— Откуда у меня корица? — прошипела в ответ на негодное существо. Мы же сейчас привлечем не нужное внимание. Вон, синх уже сверкает глазами из-под черного капюшона.
В какой-то момент его губы искривила циничная усмешка, и он перестал бороться за рабыню, предоставив это право блондинке с кудрями.
Глава 4. Плюшки для нового хозяина
Аукционер стукнул молоточком по конторке.
— Продано!
Девушка в облегчении прижала сомкнутые ладони ко лбу. Похоже, местный жест облегчения, сравнимый с нашим христианским крестом. Крендель временно успокоился, обживая мое декольте. Но я старалась не думать о нем, потому что синх, которого так боялась малышка простолюдка, сейчас неотрывно смотрел на меня взглядом светлых, почти бесцветных глаз.
Интересно, среди богов бывают альбиносы?
Загадочный господин не стал торговаться за парня, а лишь пристально посматривал из-под капюшона в мою сторону. Ой нет, не нравится мне этот интерес. Проклятый Крендель привлек излишнее внимание! Я досадливо стукнула кулаком об лавку, когда парень ушел «с молотка» за пятьдесят тысяч веры. Это много или мало?
— Итак третий лот, простолюдка обыкновенная.
Здорова. Свежа и нетронута. Начальная цена двадцать тысяч веры. Кто предложит больше?
Столько вопросов и ни одного ответа. Откуда знают, что нетронута? Значит, девственница? Что за жуткий мир с товарными отношениями? Кровь прилила к щекам, явно выдавая мое волнение, а синх, клянусь этот пугающий тип посмотрел меня прямо в глаза, предвкушающе улыбнулся и провел языком по…клыкастым зубам! Как и у Артёма, у блондинчика обнаружились внушительные резцы, и стенания девчонки по поводу того, что кто-то там будет пить ее кровь теперь выглядели очень даже правдоподобно.
— Пятьдесят, — мрачно завысил ставку синх, наконец, отвернувшись от меня. Теперь его внимание было полностью сосредоточено на торгах."
"— Эй ты, небесный хрендель, или как там тебя… вылезай и объясни, зачем ты это подстроил? — я как дура пялилась в ложбинку декольте. Сердце колотилось от страха быть проданной этому чудовищу. Все планы — коту под хвост.
