Инициация, значит?
— Точно, — хохотнул брюнет, — а еще, мы постараемся обеспечить тебе хорошее настроение. Я знаю несколько способов… — губы Артэма стали исследовать плечо. Осторожно прихватили край халата, отодвинули в сторону, а потом добрались до заветного — расслабленной вершинки соска.
Охнула, вдруг осознав, что за «способы» он имел в виду.
Дэрэм не стал отставать от брата и тоже прильнул ко мне с другой стороны. За окном занимался рассвет, бросая в комнату светлые лучи сквозь плотные портеры.
Они подсвечивали высокий ворс на ковре, играли с пылинками и рисовали тени на стенах.
— Последний раз, — шепчу в чьи-то губы и даю себе расслабиться, раствориться без остатка в таком тихом и нежном моменте. В моменте, которого я, глупая, ждала всю жизнь. И от которого по наивности бежала.
На пороге лавки нас ждал сюрприз. Нет, ее не разнесли по камушкам и не выбили заново окно пока хозяйка отсутствовала. Но дверь была приветливо распахнута, за ближайшим круглым столиком сидела Виола, болтая ножками в красивых красных туфельках.
Едва завидев нас, она подскочила и затараторила:
— Где же вы пропадали, госпожа Тиль Тар?! У нас дел непочатый край! Всех пирожки вчера продали, дайте-ка счетчик?
Не успела я ответить, как к моему браслету прислонилось запястье девочки.
«+ 3000» — прочитала на экране. Неплохо, для начала? — вопросительно глянула на женихов. Те улыбнулись.
Артэм принялся оценивать помещение, куда попал впервые.
— Уютно у тебя здесь, но все такое маленькое… Пара этажей и расширенный зал для гостей лишними не будут! А это что?
На столе лежал тот самый разнос, из-за которого мы с Дэрэмом чуть не поругались.
— Это мой рабочий инструмент! Не лапайте, дяденька синх! — Виола подскочила к деревянному изделию и шлепнула по руке брюнета. Артэм присел на корточки, чтобы посмотреть в глаза малышки.
— Тебя что, госпожа Тиль Тар на работу взяла?
Мне тоже было интересно послушать когда я успела нанять столь юную продавщицу.
Виола заломила руки, неловко попрыгала на месте. Потом поводила носком туфельки по полу и бросила на меня покаянный взгляд.
— Я сама себя взяла, — призналась наконец внучка богини чистоты. — Но! У меня есть оправдание! Госпожа исчезла, а пирожки стынут!
Девочка тряхнула хвостиками и сделала паузу. Увидев, что мы все так же внимательно слушаем закричала:
— Это все он! Он меня заставил!
Я скрестила руки под грудью.
