– Будешь зализывать раны еще десяток лет, чтобы очнуться стариком, который так ничего и не совершил в жизни?
– Я был похоронен заживо, воскрес, спустился в Навь – это ты называешь «так ничего и не совершил»?
– Какой ты, – брат толкнул его плечом, – невыносимо упрямый. В ту ночь, когда мальчишка умер, нужно было бежать за ней. – Злат вдруг посерьезнел. – И не дать уйти с ведьмами.
– Время вспять не повернуть, – отрезал Свят.
– А если бы ты мог? – вкрадчиво спросил Злат. – Только представь: она в печали, ты подставил ей плечо, вы вместе уехали в Ясностан, годами учились, стали лучшими воинами Святого Полка.
Смертоносные, сильные, прекр…
– Замолчи, – резко прервал его Свят.
Злат высказал мысли, терзавшие его много лет. Брат читал Свята как открытую книгу, потому что делил с ним все чувства и переживания. Злат знал обо всем, что с ним происходило, и теперь использовал это, чтобы подтолкнуть к очередному убийству.
Возможно, правильно будет развернуться и уехать прямо сейчас, ничего не объясняя. Порвать наконец проклятую нить, которая связывает его по рукам и ногам.
Пока Варна рядом, Свят слаб. Кто его проклял? Откуда такая щенячья привязанность?
Дарий прав, чтоб его разорвало. Свят действительно бегает за ней, как натасканный ярчук.
Обретет ли он покой, получив ее любовь?
По старой привычке Свят прикусил большой палец и крепко задумался.
– Посмотри на них, – прошептал Злат.
Он поднял взгляд и увидел, что Варна обнимает Дария за плечи. Они шли, соприкасаясь плечами, и, глядя на них со стороны, не верилось, что между ними произошел разлад.
– Тебе не кажется, что она сама не знает, что к нему чувствует? – Голос Злата стал похож на змеиное шипение. – Он всегда будет стоять между вами, ты никогда не останешься с ней наедине.
Нечто густое, жгучее вскипело внутри. Оно бурлило, исходило миазмами, отравляло его нутро. Неужели Злат прав? Неужели Свят снова поверил ей на слово и ошибся?
Нет, нет, это было бы слишком жестоко! Но почему она склонилась к нему? Почему шепчет что-то, почему обнимает?!
– Мы избавимся от него.
– Злат положил руку ему на плечо, но Святу показалось, что его обвил змей. – Я помогу тебе. Я всегда буду рядом.
От вида покосившихся отсыревших домов на душе стало только противнее. Внутри Свят такой же, как место, которое его породило, – уродливый и безрадостный.
Черная земля была укрыта снегом, но даже он не сделал это место менее неприглядным. Жители обложили дома камнями, те покрылись плесенью. Больное, проклятое место.
