– Блеснул металл, Дарий достал из-под плаща серп с цепью. – Видишь что-то еще?
И она действительно увидела – огромный костер, искры рвались в небо, а вокруг ряженые плясали. Маски, платки, бусы, шкуры коровьи накинуты на тулупы, головы свиные насажены на палки, веселился народ, хороводы водил, только слышно ничего не было.
– Видишь их? – шепотом спросила Варна.
– Вижу.
Дарий присел на корточки, но глупо было надеяться остаться незамеченными в чистом поле.
От костра отошла фигура, буренкой одетая – на голове рога, тулуп наизнанку вывернут.
В неверном свете огня она напоминала Зверя, но не исходило от нее зловещей силы, только знай искры летели, будто под одеждой еще один костер горел.
– Дальше-то пойте, – прокряхтела рогатая. – Э-хэй! Коляда, коляда!
– Подавай пирога! – заорали тени у костра.
– Щедрик, щедрик! – заголосило рогатое существо. – Дай мне вареник!
– Чашечку кашки… – робко продолжил Дарий.
– Кружок колбаски! Да еще мало!
– Дайте мне сала! – в один голос заорали навьи твари и закружились в хороводе.
Под гул и улюлюканье рогатый дух вернулся к костру, выхватил из огня горящую палку и, подскакивая от нетерпения, вновь приблизился к замершим охотникам. Склонив голову к плечу, существо протянуло факел Дарию. Он принял подарок и вопросительно уставился на дарителя, но тот уже ускакал к своим, завизжал, кинулся в огонь и взвился в небо пылающей звездой. За ним последовали остальные, а в конце и костер исчез, даже кострища не осталось – только снег, будто и не было ничего.
– Что это было, Варна?
– Знала бы я. – Она прищурилась. – Ну-ка, посвети сюда.
Дарий опустил факел, и морок рассеялся – длинная цепочка детских следов вела прямо к лесу. Варна принюхалась – пахло сластями и дегтем. Машка здесь шла, точно она, но сколько времени с тех пор минуло?
Охотники побежали по следам. Что за балаган у костра был – непонятно, но об этом подумают позже, когда найдут ребенка или то, что от него осталось.
Спящие деревья скрипели, с веток елей то и дело падал снег, да не куда-нибудь, а прямо Варне за шиворот.
В третий раз стряхнув с плеча небольшой сугроб, Дарий сказал:
– Оно играет с нами.
– Считаешь? – Варна раздраженно стерла с лица холодные капли. – Мне вот ни черта не весело!
– Шутки у нечисти своеобразные. – Дарий остановился. – Видишь?
Кровь на снегу – плохой знак. Несколько капель, за ними – еще несколько, а потом и целую лужу нашли. Тянулся и тянулся кровавый след.
