Так что сразу предупреждаю — не вздумай тащить в суд. В общем, это таблица пациентов твоей Тамары Васильевны. На всю текущую неделю.
— Ну и? — прокатываю колёсико от мышки вниз, пробегаюсь взглядом по табличке с фамилиями и подписанным рядом временем приёма. — Что мне это даёт? Биологической матерью может быть любая из этих женщин. Либо её вообще может не быть в этом списке.
— Ну, во-первых, не любая. Там красной галочкой помечены те, кто наблюдаются по беременности и в скобках на каком они сроке. А во-вторых, что-то мне подсказывает, что та, кого ты ищешь как раз-таки есть в этом списке.
— С чего ты взял?
— Ну а ты приглядись повнимательнее. Перепроверь сегодняшнее число. Никого знакомого там не замечаешь?
Проматываю табличку до четверга и пробегаюсь глазами по списку, пока взгляд не цепляется за знакомую фамилию, записанную на девять утра.
Александрова Инна Михайловна.
А рядом красная галочка и в скобках подпись — беременность. Девять недель.
Глава 30
Глава 30
Я не знаю сколько времени гипнотизирую экран компьютера.
А точнее, имя в списке, которое не исчезает, не стирается, в нем не появляется другое отчество или фамилия. Это по-прежнему Александрова Инна Михайловна, и я понимаю, что совпадением это быть определенно не может. Слишком жирно для совпадения. Причем и по имени, и по срокам, и по сегодняшнему приему у врача.
И без того задравшая меня головная боль сейчас, кажется, усиливается тысячекратно.
Этого, млять, просто не может быть.
¬– Алло, Глеб, ты там в сознании? – вырывает меня из коматоза насмешливый голос брата.
– Перезвоню, – только и нахожу, что ответить, после чего сбрасываю звонок и снова взглядом приклеиваюсь к экрану компьютера.
Мозг лихорадочно пытается сопоставить факты и одновременно с этим найти опровержение самому очевидному выводу из того, что только что свалилось на меня многотонным грузом. Словно пленку я отматываю назад все события в башке, связанные с Александровой. Ее дрожание передо мной, обморок, тошнота, визит к врачу.
Она боялась, когда я вызвал скорую в отеле. Она была напугана, когда я начал требовать результатов обследования.
Твою мать…
Инна не хотела, чтобы я знал о ее беременности. Вот, что ее так пугало. Что я узнаю. Но, мля, она могла бояться правды и потому, что ее бы снова понизили в должности. Все-таки у личной помощницы зарплата выше, чем у секретарши. Не факт, что девушка беременна от меня. Все еще не факт.
