– Да мне похрен, что они там просили! Я не буду сидеть в машине и ждать их появления!
– Бл**ть, Глеб, мы понятия не имеем, что там происходит! Если мы вломимся, это может навредить Инне...
– Ей вредит то, что она там, с ним! Я сказал, Стас, что ни одной сраной секунды больше ждать не буду!
Брат поджимает губы, стискивает руками руль до скрипа и качает головой.
– Ладно... Вот тут за поворотом должен быть дом.
Когда по навигатору до пункта назначения остаётся около двухсот метров, я вдруг замечаю какое-то движение впереди.
– Мля! Выключи фары и заглуши двигатель! – рыкаю на брата.
Тот быстро делает, как я сказал, поставив машину под дерево.
– В чём дело?
– Этот же дом? Смотри.
Показываю Стасу на то, как открываются ворота особняка, а через минуту оттуда выезжает машина и тут же останавливается.
– Он, думаешь?
– А кто, млять, ещё?!
С водительской стороны из автомобиля выходит мужчина. С такого расстояния его лицо разглядеть невозможно, но я узнаю Александрова по росту и телосложению. Вряд ли это совпадение.
Ярость закипает с новой силой, увеличивая ту злость, что клокотала в груди все последние сутки.
Александров направляется обратно к дому. И я, сука, знаю, зачем он туда идёт. Точнее, за кем. Он планирует сейчас увезти Инну в Москву. Тварь!
Дёргаю ручку автомобильной дверцы и выскакиваю под дождь.
– Бл**ть, Глеб, тормози! – Стас выходит следом за мной.
Я оказываюсь у ворот в считанные секунды, и как раз в этот момент Александров выводит Инну. Точнее, он её вытаскивает и почти швыряет на грязь.
Она падает в лужу в метре от машины. Затем он резким движением ставит Инну обратно на ноги.
– Достала, сучка тупая!
– Сука... – сплёвывает позади меня брат, и я чувствую, как он пытается ухватить меня за плечо, но не успевает.
Да и мне срать, пусть делает что хочет – ярость полностью затмевает рассудок."
"Подлетаю к Александрову, отрываю его лапы от моей женщины и разворачиваю на себя. Бью в его сраную рожу кулаком так, что тот отлетает и падает лопатками на землю. По харе ублюдка растекается кровь и сразу смывается дождём.
Мой взгляд лишь на миг касается перепуганного лица Инна. Будто под слоем ваты я слышу её крик и вой сирен где-то поблизости, после чего меня кроет ещё больше.
Первый удар ногой приходится по рёбрам Александрова.
У неё были переломы... Сука...
Второй удар в живот. Затем в пах...
Он насиловал её. Сраное ничтожество. Тварь!
Затем я сажусь на урода сверху и бью кулаками по его роже, пока она не превращается в месиво.
