Во рту пересыхает, а сердце в груди будто становится гораздо больше, чем такое в принципе возможно – от каждого удара пол подо мной словно сотрясается и вибрации доходят до Воронцова, который, не двигаясь с места, ждёт моего ответа.
И я отвечаю. Тихо. Почти шёпотом. Только на шёпот у меня хватает сил, потому что и я, и Глеб, прекрасно понимаем, что означает моё к нему обращение на ""вы"".
– Глеб Викторович...
Он оказывается рядом так быстро, что я не успеваю подготовиться к его близости, которая вновь окутывает меня теплом и запахом алкоголя.
Кожа на руках покрывается мурашками, когда пальцы Глеба проскальзывают вверх по предплечьям и в итоге касаются ключиц. С моих мокрых волос всё ещё капает вода, и я вижу, как чёрные глаза мужчины следят за прозрачной каплей, стекающей между грудей к животу.
Он поднимает руку и костяшками проводит по этой капле, размазывая её по коже.
– Значит, всё-таки Глеб Викторович...
– Да...
Смотрит на меня так, будто ищет в глазах сомнения. Будто даёт время передумать, отказаться.
.. От этого взгляда в горле ком встаёт, потому что... как я могла думать, что Глеб такой же как Ренат? Он же совсем другой, он бы никогда..."
"Кладу свою ладонь сверху на его руку. Мои пальцы дрожат. Ноги подкашиваются.
Видимо, Глеб чувствует моё состояние, поэтому в следующее мгновение меня отрывают от пола и прижимают к груди. Стены квартиры вокруг рассыпаются как песок. Остаются только тёмные глаза напротив и горячее дыхание, проникающее в меня сквозь поры.
Я всё ещё не уверена в том, кто я для него.
И спросить у меня не хватает смелости. Стоять перед ним голой и назвать по имени-отчеству – предел моего безрассудства.
– Инна, ты понимаешь, что это навсегда?
Я сглатываю.
– Потому что... дети?
Глеб качает головой. Взгляд серьёзный, пристальный. И сейчас вблизи мне видно, как в черноте светящимися полосами появляются трещины на его самоконтроле. Будто ему с трудом удаётся сдерживаться, но он делает это ради... меня?
– Потому что ты, – выдыхает мужчина, после чего накрывает мой рот своими губами.
Я принимаю его поцелуй, ощущая как тело начинает колотить от движений влажного языка. Рецепторы улавливают вкус алкоголя и вбирают его в себя.
Глеб целует так, будто я его голод. Его жажда. Будто этого он хотел все эти дни. Меня одну и никого больше.
А я поражаюсь тому, насколько я хотела. Мне даже представить раньше было сложно, что я умею так хотеть, так чувствовать.
Лёгкое покачивание указывает на то, что меня куда-то несут.
