Стоя на пороге квартиры и провожая маму и брата Глеба Викторовича, я из последних сил заставляю себя удерживать на лице непринуждённую улыбку. Что неимоверно трудно в данных обстоятельствах.
Боже, это всё похоже на страшный сон. Это... это даже не кошмар... Это какая-то дикая, нелепая ситуация в которую нормальный человек не мог попасть. Хотя, о чём я вообще говорю. Я и нормальность — это однозначно два антонима.
Последние полчаса мне приходилось старательно изображать из себя “любимую женщину” своего босса, как он сам выразился, когда представлял меня своей матери.
И это было неимоверно трудно.
Радовало только то, что мама Воронцова оказалась невероятно тактичной женщиной и не накинулась на меня с расспросами в первый же день знакомства. К счастью, дело обошлось быстрым чаепитием, после которого Ольга Андреевна заторопилась домой.
Ума не приложу, что бы я ей говорила, реши она расспросить нас с боссом о нашем знакомстве и всех вытекающих из него последствиях. Я абсолютно точно не отношусь к той категории людей, которые умеют придумывать любую чушь на ходу и с невозмутимым лицом выдавать её за правду.
"
"Даже гипотетически представив ситуацию, в которой мне пришлось бы отвечать на личные вопросы, касающиеся меня и Глеба Викторовича... наших... отношений... меня резко бросает в жар, а к горлу подкатывает знакомое чувство тошноты.
Боже, ну мне ведь только начало становиться лучше, и вот опять!
— Инночка, обязательно напомните моему сыну об обещанном визите, — повернувшись ко мне, женщина по-доброму улыбается.
— Мама, я же сказал, что мы приедем.
— Сказал, сынок. Но мне будет спокойнее, если и Инна подтвердит, что вы меня навестите.
Проклятье! Неприятный нервный холодок пробегает по моему позвоночнику от затылка до самого копчика.
— Ольга Андреевна, честно говоря, я...
Чувствую, как ладонь Глеба Викторовича за спиной перемещается на мою талию и, крепко её сжав, мужчина теснее придвигает меня к себе.
— Мы придём, мама. А сейчас, если ты не против, Инне нужно отдохнуть.
Что значит, придём? Мы так не договаривались! Резко задрав голову, перевожу взгляд на босса. Он в ответ на меня не смотрит. Но я чувствую, как его ладонь перемещается чуть ниже к бедру и снова сжимает пока ещё выпирающую косточку.
— Конечно! Я всё понимаю, сынок, не волнуйся. Мы со Стасиком и так у вас задержались!
Перевожу взгляд на улыбающегося “Стасика” и впервые в своей жизни испытываю желание придушить человека. Прямо сейчас.
