Завтра сюда придут покупатели! Ты здесь живешь на птичьих правах! Никаких документов у тебя нет!
- Кто придет, прости?
Я смотрела на нее и не понимала откуда в людях берется такая наглость, откуда она прорастает или впитывается с молоком матери? Ничего более бредового я никогда в своей жизни не слышала.
- Покупатели. Люди придут смотреть. А тебе пора выматываться. Я буду претендовать на этот дом, у меня есть свидетели, что он мне кольцо на палец надел. Я докажу, что мы гражданским браком жили. Я продам дом моего ребенка и куплю нам квартиру.
- А что мы с моим ребенком и дарственной от Иры будем делать?
- С твоей дылдой? Какое право она имеет на этот дом?
- Нет, вот с этим ребенком! – я распахнула кардиган и она опустила взгляд на мой живот, ее глаза стали похожи на два блюдца. Она побледнела и даже схватилась за ограду.
- Тоже девятый месяц.
- И… и кто его отец?
- Женя.
- Это еще надо проверить!
- Кто ты такая чтоб что-то проверять. Хотя любой тест ДНК покажет, что это его ребенок!
- Ты ему никто! Это я была невестой и…
- Невестой! Что ж ты, невеста, тело его не запросила? Его похоронили под номером в безымянной могиле!
- Не твое дело… я сюда с адвокатами приду!
- Какими? Что за блеф, Аня?! У меня дарственная и я жду ребенка от Жени.
Какие адвокаты тебе помогут? Ты или дура или притворяешься! Иди вон отсюда! Ты не на что не имеешь прав!
- Да пошла ты! Сука старая! Чтоб у тебя камни родились! Чтоб он сдох твой ребенок! Тварь!
Развернулась и пошла прочь к машине в которой ее кто-то ждал.
- Твои речи тебе же в плечи! – послышался старческий шепот, и я увидела бабу Нюру соседку. Она меня перекрестила, - Не бойся проклятий, кто такое желает обычно сам бывает наказан. Проклятия всегда возвращаются к тому, кто их послал так или иначе. Пошли ко мне я тебя молочком напою. Парное. Только корову подоила. Идем.
- Спасибо, тетя Нюра, я сейчас не хочу. Мне в магазин надо.
- Анька та еще сучка вся в мать свою. А насчет ребенка проверять надо чей он. Хотя и поговаривают, что Женька у нее единственным был, мать следила чтоб ее продать повыгоднее.
Но черт ее знает дрянь такую. Ушлая, хитрая.
- Я как раз за хлебом вышла. Потом на обратной дороге зайду. Попьем молока.
- Иди, дочка, иди.
Слушать про Аню и Женю мне не хотелось… и так от боли все тело скручивало. И дом этот его пустой с фотографиями и вещи, которые еще сохранили его запах. Я хотя бы увидеть его успела, поцеловать. Только и осталось вспоминать его губы на моих губах.
