Меня, десятую дочь правителя Лиссии, ненужную супругу принца Ипервории и разочарованную в этой жизни несчастную девушку. Конечно, я, кто же ещё?
— Хочешь…
— Да! — Я не дала ему завершить вопрос, потому что поняла, что именно может удержать меня от совершения роковой ошибки."
"Мне нужна была надежда, смысл жить дальше, и Боги послали мне его. Я просила их о помощи Ипервории, и они ответили на мою молитву. Люций — тот, кто спасёт эту страну от краха, а меня от отчаяния.
— Хочу! — сказала я, понимая, что не желаю умирать.
Я хочу жить и узнать, каково это, когда любишь не только ты, но и тебя. Когда с тобой рядом кто-то достойный, а не презирающий тебя мужлан…
И пусть лишь на одну ночь. Неважно. Сейчас мне нужно именно это. И я решилась. Подалась вперёд и буквально запрыгнула на диала. Он поймал, но не спешил что-либо предпринимать. Обхватив его лицо руками, я осторожно прикоснулась к его губам своими. Сразу после этого у меня словно помутилось в голове. Как тогда со взваром. Задумалась, не им ли угостили принца, но эта мысль тут же улетучилась.
Место её заняло нечто иное. Желание.
Прижалась к высшему всем телом в попытке не только согреться, но и стать ближе. Люций, оцепеневший поначалу от такого напора, наконец пришёл в себя и ответил на поцелуй. Горячо, но нежно. Провёл языком по моим губам, словно пробуя их на вкус, и улыбнулся.
— Солёная грёза. Я точно брежу. — Он всмотрелся в моё лицо и прижал к себе теснее, уткнувшись носом в мою шею. — А пахнешь точь-в-точь, как она…
У меня же по телу пробежали мурашки, в его объятьях стало жарко, хоть мы и стояли до сих пор в воде.
Сейчас всё было иначе, совсем не так, как с Филиппом. Голова кружилась, хотелось найти опору, что-то или кого-то, кто подарил бы мне чувство устойчивости и уверенности в том, что не упаду, смогу выдержать удар любой, даже самой холодной и лютой стихии. И я нашла. Нашла его.
Стоило диалу поднять на меня слегка затуманенный взгляд, как я заметила, что сила его нестабильна. Она то вспыхивала ярким огоньком в глазах, то пропадала почти насовсем.
Он так крепко прижимал меня к себе, что я при всём желании не смогла бы не понять, насколько Люций возбуждён. Назвал любимой и, даже пребывая на границе яви и реальности, желает… меня.
Забыв о стыде, впилась в его губы самым страстным поцелуем, на который только была способна. Застонала, осознав, что ответ оказался не менее порывистым. Нас обоих трясло в какой-то непонятной горячке, мы будто пили друг друга и не могли утолить свою жажду.
